Далее собралась группа из восьми человек — маги камня. Важность укреплений в нынешних обстоятельствах было сложно переоценить. Парни и девчонки получили коричневые мантии и отошли на отведённые им места.

Следующими шли маги ветра. Как оказалось, они являются хранителями знаний, а также курьерами и просто «классными ребятами». Их мантии тоже были белыми, но попроще, чем у преподавателей.

А потом всем остальным начали вручать зелёные мантии.

Я был возмущён. Получалось, зелёный — это цвет, с которым ничего не понятно. Такие мантии получили все, чьи способности не относились к чистым стихиям. Целитель? Вот тебе зелёная мантия. Телекинетик? И тебе зелёную. Маг металла? Получай зелёную. Было обидно за природников: мне казалось, что зелёный — это только их цвет, а его несправедливо размыли. Видели бы они сейчас Софию!

Меркурий выстроил такую цепь обороны, что природница могла воевать, не отрываясь от чаепития у Даны. Конечно, во многом благодаря Филиппу, но могла же! Природники обладали эффективной, понятной магией.

В общем, я тоже получил зелёную мантию. Нас, таких, было больше половины зала. «Никогда не знаешь, когда окажешься в партии зелёных», — с горькой иронией подумал я.

Потом из наших зелёных рядов тоже стали выстраивать определённым образом. К «левым зелёным» присоединились маги производных стихий. Можешь шарахнуть молнией? Поздравляю, ты зелёный и левый. Маг света? Стань левее. Маг тьмы? Ну, иди туда же, не задерживай торжественность момента.

«Центральные зелёные» были в основном лекарями, телекинетиками, приручителями. Сюда вошли те, кто, в общем-то, стихии не имеет, но с их способностями более-менее понятно, что делать.

Оглядев наше «крайнее правое зелёное» движение, я с удивлением обнаружил, что нас даже не объявляли. Создавалось впечатление, что вокруг меня собрали самых непонятных и неопределённых ребят. «Хотя, возможно, они недалеки от истины, — мелькнула у меня мысль. — Зато нас, загадочных, больше всех».

Пока меня беспокоил только один вопрос: неужели обязательно носить эту мантию? Кто вообще придумал этот зелёный ужас? В ней даже карманов нет! И как с мечом ходить? За прошедшие пару лет я без него — как без смартфона в прошлой жизни.

Когда всех распределили, перед нами появился сам председатель Совета. Согласно информации, которую я добыл, этот человек прожил уже больше двухсот пятидесяти лет и умирать не собирался. Рослый и статный, он совсем не выглядел на свой возраст.

Он просто прилетел — почти как Радан, только его полет сопровождали небольшие всполохи пламени.

— Приветствую вас, юные маги! Каждый из вас открыл в себе дар, способный уберечь простых людей от наших врагов. За время обучения в этих стенах ваша мощь возрастёт в разы. В этом году я решил пересмотреть некоторые пункты нашей программы. Как вам известно, недавно один из первокурсников одолел в магическом поединке сразу четверых третьекурсников.

Моё лицо перекосилось. Старикан только что сделал меня врагом всего живого!

— Начиная с этого года, вы будете проходить боевую подготовку в полевых условиях. Те, кто пройдёт её успешно, получат право основать свою собственную крепость! Если удержите её в течение года, Совет рассмотрит возможность основания города. Все, кто не справится с этой задачей, будут приоритетно направлены на службу к более удачливому однокурснику.

Я тут же забыл все обиды на этого классного старика. Он прямым текстом говорил: «Завоюй себе землю, и тебе присягнут те, кто не справился». Я по-новому окинул взглядом присутствующих. Четверть или даже треть этих магов могла оказаться под моим началом — в моём городе, где до нас будет невозможно добраться. Это тебе не десяток магов, разрывающихся между делами, а пятнадцать или даже двадцать! Мой внутренний хомячок жадно потирал лапки.

— Сколькие из нас это переживут? Если у тебя мусорный дар — ты покойник! — раздался чей-то испуганный возглас.

Я обернулся на паникёра.

— Мусорных даров не бывает. Бывают только те, кто не понимает, какое сокровище попало им в руки.

— Тебе легко говорить! Мы видели, как ты клановых победил!

Вспоминая, как открывал первые грани, я вздрогнул. Сжав кулаки, я вернул себе самообладание. И тут мне вспомнился разговор с Гиперионом.

— Защитник Эрама, Гиперион, начинал с того, что у него быстро росли волосы. Кроме вас, вашим даром никто не будет заниматься.

Тем временем председатель обронил самую взрывоопасную новость, прикрыв ее заботой о нас. Он запретил вступать в столичные кланы в течение пятидесяти лет после окончания учёбы. Это означало, что кланы смогут получить магов, которым уже почти под семьдесят.

Я захлопал в ладоши. Председатель не просто обновлял правила — он переворачивал всю игровую доску, давая себе фору в пятьдесят лет. Теперь кланам оставалось либо пойти против него и получить по лицу, либо подчиниться и основать новые города.