Двигались половину дня без отдыха, что утомляло, но никаких безопасных мест для лагеря я не видел, да и обороняться нам нечем. Поэтому решил вести отряд дальше. Днем подрались со стаей волков — тут в основном Сектор работал. Странная стычка, непонятно, почему такая мелкая шваль на нас полезла. Я не видел признаков, что мы зашли на их территорию.

— Рейн, — позвала меня Сильда. — Подойди сюда, пожалуйста. Смотри, видишь?

— Провал в земле. И что?

— Что? Это подземный туннель, по которому скорей всего ездили поезда.

— Метро что ли? Ну допустим.

— Где есть поезда, там есть и станции.

— А, так тебе и такие подходят? Чего ж ты раньше молчала, мы уже две минимум прошли.

— Любая станция, где останавливается любой поезд.

— Тьфу ты… Полдня потеряли.

Спуск в метро нашли довольно быстро. Кажется, Сильда просто не знала, как они могут выглядеть, но знала про существование подземных городских туннелей.

Станция напоминала устаревшую версию метро из моего мира. Тут явно строили не на сверхскоростные поезда. Никаких ограждений, пути прямо у платформы, да и сама станция выглядела какой-то хрупкой. Я даже начал переживать, не обвалится ли тут все.

Внутри устроила гнездо крупная змея, но, к счастью, она охраняла яйца в соседнем зале и не проявляла агрессии. Вот мы и не стали к ней лезть, а я в очередной раз порадовался, что в отряде есть Нила.

— И что дальше? — спросил я, держа над головой несколько светлячков.

— Надо… Вызвать машиниста.

Девушка достала из кармашка горсть артефактов. Я сначала подумал, что это какие-то древние монеты, но Четверг поправил:

— Это жетоны для прохода в метро. Были очень популярны до изобретения автоматической оплаты по биометрии.

— Интересные штуки, — произнес я вслух.

— Держи, — протянула Сильда мне один жетончик. — Вдруг пригодится когда-нибудь.

Сама она взяла монетку и просто бросила ее на пути. Вроде бы ничего не происходило, но эйб из монеты исчез. Одноразовый артефакт.

— И что дальше?

— Ждем. Приедет поезд, оплатим проезд, и все.

— Чем расплачиваться?

— Как договоришься. И смотря какой машинист. Кто-то любит выпивку, кому-то нравится табак. Некоторые любят мясо или свежие овощи, кто-то сладости. А еще нужен билет. Без билета ничего не выйдет.

— У тебя он есть?

— Да, — девушка щелкнула пальцами, и один из грузчиков протянул ей маленькую коробочку, заряженную эйбом. Очередной артефакт.

— Четверг? — мысленно спросил я.

— Это… Кажется, это называется видеокассетой. Что-то очень древнее, аналог информационного накопителя. В моих базах слишком мало сведений об этом.

— Откуда они берутся? — спросил я Сильду.

— О, есть только одно место, где можно такую достать. Они хранятся в голове у Наблюдателей.

Я поежился от этого слова. Тут же вспомнил странных биомеханических созданий.

— Но тебе я бы не советовала лезть к ним. Лучше купи, если понадобится. Наблюдатели на тебя странно реагируют.

— Знаешь почему?

— Догадываюсь. Но догадки предпочту оставить при себе. А ты пока предупреди остальных, чтобы они не делали резких движений, когда прибудет поезд. Он уже близко. И чтобы ни в коем случае не вздумали открывать рот, пока я не договорюсь обо всем с машинистом. С монстром всегда должны договариваться другие монстры.

— Погоди… Монстры? При чем тут монстры…

— Наивный крольчонок, — улыбнулась госпожа Бланшт. — Ну а какие еще поезда бывают в глубине? Кстати, смотри и запоминай, набирайся опыта. Вдруг тебе тоже когда-нибудь придется договариваться с монстрами.

— Ты же сама сказала, что с монстрами должны договариваться монстры.

— Именно так. Поэтому у тебя неплохие шансы.

Она вновь улыбнулась мне, но от этой хищной улыбки в груди все похолодело. А затем пол на станции начал вибрировать. Через секунду я услышал рев, который стремительно приближался.

Я успел предупредить остальных. Как раз вовремя. Поезд появился внезапно. Не из туннеля перед нами, не приехал по путям с другой стороны платформы. Нет. Просто проломил стену и выехал поперек станции.

И это нихрена не было похоже на поезд. Нет, может, когда-то давным-давно, в далекой-далекой галактике, это и было поездом, но сейчас нет. Приплюснутая морда, хищные линии, глаза-фары, а затем по металлу прошла кривая горизонтальная трещина, и корпус раскрылся надвое, став неким подобием пасти.