Впрочем, здесь ему все равно нравилось. Пусть леса под Торлином и отличались от его родины, но гулять по едва заметным тропинкам с луком в руках в сопровождении верного пса Охотнику было по душе. Вернее охотнику, здесь он, пусть очень редко и недолго, но чувствовал себя прежним. Таким же парнишкой, каким был до смерти отца. Обычным брильемским юношей, даже не думавшем о том, чтобы покинуть родные леса.

Вот и сегодня Хакар отправился в чащу. Как и вчера, и позавчера, и еще кучу раз за прошедшую седмицу. Каждый раз, когда очередь дежурить на хуторе выпадала ему, Хак уходил в лес. Местные сперва бурчали, требовали, чтобы он оставался рядом с ними, защищал и приглядывал, но брильемец был непреклонен. Как итог – нападения тварей и прочих опасных созданий, как и само их поголовье, в округе значительно сократилось. Жизнь в маленьком селении посреди леса стала куда спокойнее, вернувшись к былому порядку. А крестьяне, пусть и не сразу, но стали относиться к Охотнику с куда большим уважением.

Сегодня Хак, следуя за Добряком, которого вел острый нюх, шел по следу шухуна. Гарпии, как их звали потомки имперцев. Эта летучая тварь была создана не брильемскими Богами, но поселившись в лесах перешла под руку Тенгера. Хотя Хакара мало волновало происхождение этой помеси летучей мыши, дикой кошки и ежа. Крылатый хищник повадился подбираться к хутору, явно выглядывая кур и уток, что бродили по хозяйскому двору, пока не отваживаясь нападать. Но найденные на опушке длинные, прочные иглы, что легко отделялись от хвоста твари, давали понять, что шухун подбирался к поселению очень близко.

Добряк шел по следу не очень уверено. Оно и не удивительно, шухун ведь планировал меж деревьями. Рассчитывать оставалось лишь на удачу. Пролетит ли рядом шухун? Удастся ли псу или его хозяину услышать звук крыльев? А может Добряк первым учует тонкий, повисший в воздухе запах летучей твари?

Занятый удручающими размышлениями Хакар не сразу услышал тихое ворчание Добряка, что-то обнаружившего на земле. Опустившийся рядом с псом на колено Охотник в тот же миг вскочил. Схватившись сперва за чехол с луком, а затем за копье, на которое опирался при ходьбе, парень за озирался по сторонам. Взбудоражившую его цепочку свежих, почти волчьих следов Хак не спутал бы ни с чем.

— Волкул рядом, Добряк. Ищи! — шепнул парень на брильемском, заставив пса осторожно двинуться вперед.

Эта тварь была куда опаснее летучей кошки, пусть даже и метающей длинные иглы. Иголки вряд ли причинят человеку много вреда, если только не угодят в глаз. А вот удар когтистой лапой легко мог сломать шейные позвонки или распороть живот. Укус же мощных челюстей, в разы сильнее волчьих, запросто дробил кости и рвал плоть на части. Потому идти на тварь в одиночку было страшновато. Только верный пес вселял в сердце хоть немного храбрости.

Осторожно, стараясь не потревожить едва слышно шелестящие кусты и не наступить на сухие ветки, Хакар пробирался вперед. Лук парень держал в левой руке, уже надев на него тетиву. В правой руке он сжимал копье, готовый в любой момент отбросить то или иное оружие, стоит только волкулу показаться. Не самый удобный способ передвижения, но так Хакар мог почти мгновенно среагировать на появление врага.

Вскоре земля под ногами стала чуть мягче и при каждом шаге из нее сочилась влага. Совсем чуть-чуть, но достаточно, для того чтобы понять – не так далеко находилась настоящая топь. Хакар уже охотился здесь на диких кабанов, обожавших искать коренья возле неглубокого болотца, вдоль одного из ручьев. Может и волкул решил полакомиться кабанятиной? Впереди забрезжила надежда – возможно удастся взять зверя во время трапезы, когда он будет не так осторожен.

От раздумий Охотника отвлек Добряк. Хакар вновь услышал тихое ворчание, а также заметил вздыбившуюся шерсть на загривке собаки. Пес, не шевелясь, уставился в одну точку, отвернувшись от цепочки следов. Судя по всему, волкул был прямо здесь, в нескольких саженях от Охотника. Его прикрывали лишь чахлые, кривые, но вместе с тем густо растущие молодые ели.

Подумав пару секунд Хакар начал аккуратно обходить заросли по дуге, надеясь заметить зверя первым, чтобы начать бой с метко пущенной стрелы. Но все пошло совсем не так как он планировал. Стоило Охотнику сделать буквально пару шагов в сторону, как из-за кривых елей раздался незнакомый голос. Что больше всего поразило Хакара, слова, долетевшие до его ушей, звучали на родном наречии:

— Можешь не прятаться. Выходи.

— Кто здесь? — помедлив мгновение спросил Охотник.

— Тот, кто Говорит и тот, кого Слышат, — туманно ответил пока что невидимый собеседник.

Хакару подобной формулировки оказалось достаточно. Удивленно поведя головой, Охотник опустил оружие и осторожно, но уже не таясь, пошел на голос. Одни вопросы в голове сменялись другими, но Хак не спешил их задавать, решив сперва взглянуть на собеседника.

Обогнув еловую поросль, Охотник практически нос к носу столкнулся с крупным волкулом, что расслабленно лежал возле поваленной старой березы. Хакар отшатнулся, но зверь не проявил к нему никакого интереса, даже не повернул головы.

На этом странности не заканчивались. Поляна вообще оказалась куда оживленнее чем юноша думал изначально. На одной из ветвей березы разлеглась дымчатая кошка, очень поджарая, чуть ли не до худобы. Кожистые крылья заменяли ей передние лапы, а хвост был усеян длинными иглами.

На ярко освещенном солнцем камне в центре поляны, свернулась матово-черная брильемская гадюка. Ее присутствию Хак уже не удивился. У ног же сидевшего на стволе березы человека в нетерпении замер черный, в желтоватых подпалинах молодой пес. Вчерашнему щенку было не больше полугода. В что родиной пса были Брильемские Леса Хакар не сомневался. Схожесть между щенком и тем же Добряком была на лицо: те же почти волчьи черты тела и морды с торчащими острыми ушами, густая шерсть и длинные лохматые хвосты.