Крэйвел был несколько более раздражен необходимостью посещения столицы. Здесь повсюду подстерегали призраки прошлого, а воодушевление, полученное от победы над Фринростом за месяц, проведенный в дороге, давно испарилось. В своих путешествиях они с Фелисией избегали этого города. Пару раз, конечно, им пришлось посетить его, но паладин настаивал на том, чтобы это были короткие визиты только по делу. Сейчас так легко отделаться не получится. Крэйвелу придется быть одним из главных свидетелей в судебном процессе, который предстоит вести над Солигостом.

Казалось бы, что здесь такого долгого и сложного? Казнить как можно скорее! Но светским бездельникам всегда нужно было все усложнять. Солигост был последним Фрайхрайтом, его нужно было в судебном порядке лишить всех притязаний, чтобы избежать юридических неурядиц в будущем, нужно было его подробно допросить, прежде чем казнить, и не упустить ничего из того, что он натворил, чтобы не столкнуться с неожиданными последствиями былых дел, а также повторения его трагедии в будущем. Все это будет происходить при свидетелях, которые соберутся со всех концов королевства.

У ворот столицы отряд встретила стража и подробно допросила путников. К ним тут же приставили многочисленный конвой, а жрецы и маги тщательнейшим образом проверили Солигоста на наличие одержимости. В том, что Солигост больше не таит в себе демона уже задолго до этого убедилась Фелисия. Волшебница попыталась подсмотреть его сон, она опасалась, что это демон ввел его в столь глубокую летаргию. Сон Солигоста был наполнен какими-то бессмысленными и бесконечными мытарствам по Тундре, изредка разбавлялся мимолетными воспоминаниями о родном доме. Фелисия с трудом могла понять содержимое его снов, люди, места и события были ей не знакомы. Но она, тем ни менее, могла заключить, что никакого магического или демонического вмешательства нет, это был очень глубокий сон человека, который смертельно устал и не хотел просыпаться.

К тому же выводу пришли и люди, досматривающие причудливый груз вновь прибывших. Солигоста передали инквизиции и унесли в темницу. А отряд спешился и направился в Храм Справедливости, чтобы доложить о совоем прибытии и отдохнуть.

Глава 9

Сели-Ашт – огромный красивый город на берегу Морци. Если Морицор воплощал в себе угрюмую целеустремленность людей, только что отвоевавших свою свободу в неравной борьбе с поработителями, то Сели-Ашт был воплощением их самых смелых мечтаний. Для тех, кто был в столице впервые, этот город мог показаться волшебным. Это был венец культуры Селиреста. Светлый, чистый, просторный, многолюдный и шумный, полный зелени, парков, клумб и фонтанов, пестрящий фресками и витражами, изобилующий скульптурами и памятниками.

Магия города отвлекла Джессвела от мрачных мыслей, он проводил все время, разгуливая. Компанию ему составлял Лирэй, пусть и не такой впечатлительный, но все же соскучившийся по столице. Через несколько дней после церемонии прощания с Миностой к ним присоединилась и Хьола.

Крэйвел же предпочитал проводить почти все время в Храме Справедливости, чаще всего за молитвой, тренировкой или попытками поспать. Здесь все было испещрено и пропитано знакомыми фамилиями, названиями, датами. Посторонние разговоры порой казались продолжением собственных галлюцинаций. Но все же было легче, чем Крэйвел ожидал, легче, чем было в прошлый раз, когда он был здесь. Фелисия всегда находилась рядом и целая армия жрецов, которые уже знали его проблемамы. За ним присматривали днем и ночью.

Солигост ожидал суда в темнице местной резиденции инквизиции. Со всего Селиреста слетались приглашенные присяжные. Они были богатыми людьми и могли позволить себе полет, но все равно это занимало много времени. Кроме того, у жрецов ушло не мало дней чтобы просто привести Солигоста в чувство. Крэйвел попросил, чтобы его оповестили, когда это произойдет. Но даже получив это известие, Крэйвел навестил старого сослуживца не сразу, так как первое время Солигост был заторможен и едва понимал, что происходит вокруг.

Когда они наконец встретились, Крэйвел увидел ренегата совершенно истощенным. Ни капли жира, да и мышц стало значительно меньше, казалось, что свой любимый фламберг Солигост уже не поднимет. Поредевшие и местами поседевшие волосы, а также нездоровый белесый оттенок кожи выдавали длительное недоедание.

В остальном Солигост выглядел вполне ухоженно, в его камере имелась кровать, стол и стул. На столе стояла тарелка со стандартным тюремным пайком. По сравнению с тем, чем он питался обычно, это был царский обед. Здесь были и овощи, и фрукты, и даже хлеб, всего понемногу, было, конечно, и мясо, но ему ренегат уже давно не был рад, даже самое изысканное мясо вызывало у него отвращение, годами он питался лишь им, изредка перебиваясь на какие-то сорняки.

Еда будила в нем воспоминания о вечно голодном брате, и ком в горле не давал ему даже прикоснуться к еде, аппетита не было совсем, несмотря на кусачий голод, засевший где-то под ребрами.

Крэйвел сел на стул и принялся непринужденно нарезать пищу на крошечные кусочки. Он нашел примечательным тот факт, что Солигосту услужливо принесли и вилку, и столовый нож. Несмотря на длинный перечень преступлений, которые ему приписывались, никто не сомневался, что в заключении Солигост будет вести себя порядочно.