Шрифт:
Ружье замени ты крестом,
Разгул молодецкий постом,
А клефтские песни молитвою.
16 По году взывай за отца и за мать,
А третий за души попов погубленных:
Спасен и прощен ты, когда благодать
Средь стен водворится, тобой освященных,
И явится снова служение там».
Того, что вещает, не знает и сам:
Таинственной двинутый силою,
Монах не свое говорит;
Тот внял, поклонился, молчит,
Прощается с родиной милою.
17 И быстро три года потом протекли,
За ними проходят еще три седьмицы.
Раз утром монаха, искав, не нашли;
Он вышел задолго до света денницы, —
За реки, дубравы и горы простер
В Аркадию путь свой седой калуер...
Не бренного сердца хотение
Влечет его в сумрачный дол;
Но духа господня глагол,
Но полное силы видение.
18 Пришел и увидел: лежит Каллимах,
Как сонный младенец, на паперти храма;
И дивному пению внемлет монах,
И в двери струится поток фимиама.
Он понял: послалось нетленье мощам, —
И молвил сошедшим со скал пастухам:
«Здесь, пастыри, дело чудесное!
Здесь церковь воздвигните вновь
И славьте господню любовь,
Христа милосердье небесное!»
Никита Друзья, прославим господа и мы:
Творит он свет из самой тьмы;
Под сенью благости господней,
Клянусь, не страшен бой
С неистовой, бездонной преисподней.
Но, братья, время на покой:
Уже пропел петух, рассвета возвеститель.
До утренней зари
Свое крыло над нами распростри,
Слуга благого, ангел наш хранитель!
(Крестится и ложится.)
Все засыпают, кроме Ижорского.
Ижорский Перекрестились и — заснули все!
«Встань, возвратись к отцу!» — мне слышится совсюду;
И что ж? ужели зов святой вотще:
Всегда ли глух к нему пребуду?
ЯВЛЕНИЕ 2
Кабинет очень недостаточного стихотворца.
Поэт
(один) Ну, слава богу, — напоследок
Я от соседей и соседок
Избавился, — от их вранья
И сплетней; напоследок я
С плеч сбросил груз сует и хлопот,
И смолкнул горькой жизни ропот,
И вот же, на крылах мечты
Перенесусь на высоты...
Кикимора
(вдруг входит, одетый по последней моде) С которых вы, как сын Дедала,
В болото падали не раз!
Охота улетать из глаз
У вас поныне не отпала?