Младенцам, девам, старикам,

Час на час смерти ждать и вопить к небесам,

Чтоб только грудь твою или же грудь Никиты

Средь наших стонущих долин и сел и скал

Кровавый хмель резни свирепой упоял?

Итак, хвала седому Барба-Яни!

Однако легкий вздох, когда стоишь у грани,

Простителен, — сегодня живы мы,

А завтра среди чад иного поколенья

Пугать их будем, будто привиденья,

Исшельцы бледные из замогильной тьмы.

Зажгем же раз еще костра веселый пламень;

По-прежнему, опершися о камень,

Я к вам прилягу. — Вот и мех вина,

И вот я вырвал сам матерого овна

Из-под Акрополя, из вражеского стада.

Его зарежьте, взденьте на рожни,

Запойте песню и прославьте дни,

Которых после нас не узрит уж Эллада.

Паликары

(поют) Прицелился я из-за скал —

Ага пошатнулся и пал;

Я снял с его тела кинжал, —

Кинжал мой, кинжал! ты мне дорог.

К паше я прокрался в шатер;

Он крикнул, — я руку простер,

Кинжал мой широк и востер, —

Паша покатился за полог.

Неверные ловят меня;

С их ружей пошла трескотня,

Я вдруг на его же коня —

И нет меня, нет среди ночи!

Мне мил вороной с того дня:

Он выручил, вынес меня! —

Но нож мне милее коня,

Ружье же милее, чем очи!

Травельней Никита! и не жаль тебе?

Уж клефтам не певать таких удалых песен.

Никита Пусть будет с нами то, что надобно судьбе:

Наш жребий дивен и чудесен;

Лежала Греция в могиле вековой, —

Вдруг вспрянула, подъятая рукой

Всевышнего... и мне ли

Не верить, что к высокой, тайной цели

Назначена? — Но эту ночь, друзья,

Желал бы посвятить одним поминкам я

О прошлом, не вдаваясь в размышленья

О будущих путях святого провиденья.

За песней сказка следует всегда;

Мы спели песню, — сказке череда.

Зосима, куманек! из-под багровой фески,

Из-под седых густых бровей

Глаза твои бросают на друзей

Те вдохновенные, живительные блески,

Которые предвозвещают нам,

Что хочешь волю дать трепещущим устам...

Вот и свой длинный ус расправил он перстами:

Скорее, земляки, в кружок!

Закурим трубки, дров подбросим в огонек

И в сказку впьемся слухом и душами!

Зосима

1 В Модоне седой проживал Аполлос;

Хоть поздно, а бог даровал ему сына;

Понес Аполлос к вещей женке вопрос:

«Какая назначена сыну судьбина?»

И вещая женка ему говорит:

«Рукою сыновнею будешь убит;

На матери юноша женится

И двух угомонит попов;

Но третий-то поп не таков,