Ветра теплого дыханье

Высушили платье мужа,

Хоть глубокий сон, короткий,

Не успел еще сложиться

В золотое сновиденье.

Калевов сынок любимый,

Той порой, как меж утесов

На спине ты спал беспечно,

Твой певец смотрел в раздумье

На твои пути-дороги

Вдоль глухих прибрежий финнов.

Подымалось солнце мирно,

Спящего на скалах грея.

Той порой шальные ветры,

Бури, северные вьюги

Буйно с полночи летели,

Солнце утра затмевая.

Эйке налетел с угрозой,

Тяжко загремел над морем,

Молнией сверкая в тучах.

Лязг брони, оружья скрежет

Быстрым ветром доносило.

Пала кровь росой на травы,

Стон раздался в темной чаще, —

Обнажил свой меч разбойник.

Ты же спи, усталый витязь!

Над тобой, как солнце утра,

Реют крылья песнопевца,

Подымаясь выше, выше,

Осеняя нашу землю,

Уходя в иные страны.

Старец острова печальный,

Матерь острова — голубка —

Дочь в волнах не отыскали,

Не слыхали воркованья

Горлинки своей пропавшей.

И пошли домой, бедняги,

Поиски свои оставив,

Поглядеть на дуб средь луга,

Ель на выгоне проведать.

Взяли, выкопали с луга

Крепкий дуб в ветвях широких

Дуб во двор к себе втащили,

К тем качелям деревянным,

Где их доченька качалась,

Утешалась в час вечерний.

Дуб они там посадили

В память дочери любимой,

В память курочки пропавшей:

«Ты расти, дубок, повыше,

Осени наш двор ветвями,

Сучья разбросай по тучам!»

Выкопали ель златую,

Темную, в ветвях широких,

И во двор к себе втащили,

К тем качелям деревянным,

Где их доченька качалась,

Утешалась в час вечерний.

Посадили близ качелей

Ель — красавицу густую —

В память дочери любимой,

В память курочки пропавшей:

«Ты расти и крепни, елка!

Стань высокой, стань широкой,

Дотянись до звезд верхушкой,

Ветви разбросай по тучам!»

А как был дубок посажен,

Корни ели в землю врыты

Возле дочкиных качелей, —

Столб один им — дуб могучий,

Столб другой им — ель густая, —

Воротился старец в избу,

Мать же — в тайную каморку,

Посмотреть яйцо орлицы,

Что она в железном шлеме

Без наседки положила.

Холоден был шлем железный,

Холодно яйцо во шлеме,

И орленок без наседки

Из яйца не проклевался.

Мать яйцо на солнцепеке

Согреваться положила,

Ночью мать сама наседкой

На яйце орла сидела.

Старец вышел дуб проведать,

<