Мой отъезды был крайне солиден. Биргит подала Мерседес к парадному подъезду. Порученец –капитан, проводил меня к выходу и открыл мне заднюю дверь. Я уселся и отбыл.

На вилле Юргена было пусто. Надо полагать, народ решал вопросы. Дверь мне открыла горничная и сообщила, что никого нет, не желаю ли я ужин. Я устало отказался. Прошел в кабинет и позвонил Масловой, вспоминая:

'Я хватаюсь за диск телефона —

Я набираю вечное ноль семь. ©*

Мария Михайловна были справедливо недовольны. Лишь услышав ее сонный голос, я сообразил что в Москве уже два ночи. Обычное дело, с этим часовыми поясами.

— Вот ты спишь, Маша, а я тут уже подсел на тяжелые наркотики, и сожительствую с афро-американской проституткой — от досады на себя, как водится, я начал нести пургу.

— Сашаааа… я тоже страшно рада тебя слышать. Только давай ты мне завтра на работу позвонишь?

— Вот так, значит? Я звоню своей девушке с чужбины, в надежде на сочувствие, и слышу усталое равнодушие?! Все, Мария. Мне предложили роль ведущего немецкого порноактера. Раз я никому не нужен, вынужден принять это предложение… Очень интересный сценарий, Маш. Он- сантехник. Они- гарем. Арабский шейх, ведет переговоры с немецким правительством. Оставив, Мария, гарем тосковать на вилле! Я прямо сейчас поеду в веселый квартал вживаться в роль.

— Лукин — я услышал, как она устраивается в постели удобнее, и представил нашу спальню, и уютную со сна Машку в ночнушке — ты напрасно расстраиваешься, что даже немецкие проститутки на тебя не обращают внимания.

— Что значит — не обращают?! Я тебе уже десять минут рассказываю о фантастическом успехе в этих кругах…

— Саша. Будь по твоему, ты бы не звонил мне заполночь поныть. Да и сам подумай, кто будет водиться с тем, кто на даче своей девушки, селит свою бывшую?!

— Гм. — заюлил я. Хотя, чему удивляться?- вообще то, Маш, я звоню сказать, что статьи о соглашении реализации военного имущества в Германии, можно запускать.

— Не отвлекайся, Лукин. Приезжай скорее. Отличная тарелка. Фарфоровое блюдо. Их я разобью о твою бошку. И небольшая сковорода, что я погну об тебя. Приезжай. Ты сильный. Переживешь.

— Боже мой! Родина так манит, что возвращаться и не хочется…

— Даааа? А чего же тебе, Саш, хочется?

— Я, Маш, сейчас хочу быть парнем, что в где-нибудь в итальянской жопе мира, едет на старом мопеде по грунтовке. В полотняной рубахе, в брезентовых сандалиях на босу ногу… под палящим солнцем, на рынок. За вином, овощами и мацареллой для своей девушки… Маш, давай уедем? Мы с тобой, а ты в особенности, теперь богаты…

— Санечка, я понимаю, ты устал. Ты ведь ни в какую Италию не поедешь, перестань. А в Москве тебя ждут, так и знай.

— Да-да, я записал. Тарелка, блюдо, сковорода. И стерва Захарова, что любым способом хочет испортить мне жизнь…

— Кончай ныть, Лукин! Завтра, прямо с утра, я переговорю с Яковлевым, до летучки. Будет тебе серия статей. И даже не думай, что ты ускользнул от серьезного разговора о твоих бывших!

— Маш, среди моих бывших, хоть что-то обсуждать можно лишь в первой сотне, остальных и упоминать не стоит…

В общем, все две недели до отлета обратно в Москву, я звонил Масловой каждый день. А то и пару раз в день. Очень помогало, остудить мозги от работы.

А работа настала — адова. Только наивный чукотский мальчик, подумает, что немецкое правительство, тупо перечислит два миллиарда долларов в Дойче-Банк и все. Начиная с того, что такие суммы разом не отправляют(да и потом тоже вроде). И заканчивая тем, что свободные два ярда на счетах любого банка, сильно портят не только показатели, но и имидж кредитного учреждения. Хотя бы с налоговой точки зрения.

Поэтому основной задачей, что стояла передо мной было — распихать эти деньги по разным банкам и инвестиционным фондам.

Никто даже не заикался о перечислении этих денег в Москву. Даже непонятно куда их там гнать. Союзный ГосБанк — на ладан дышит, и эти деньги там просто пропадут, не дойдя до Профбанка. А Российский ЦБ — только в стадии становления. И тоже спустит эти средства куда угодно, возместив это мне рублями по официальному курсу.

Короче, каждое утро, в пол-седьмого, я обсуждал с Алексеем Анатольевичем шаги и меры по размещению средств. Разговоры эти, начались утром, после первой встречи с командующим. Я доложил руководству ситуацию, а Леха на это заметил:

— Только, не больше полтинника, Алекс.

— А я Масловой, больше давать и не собирался, Леха.

— Ты не понял, Лукин. Пятьдесят миллионов Маше. И пятьдесят миллионов тебе.

— Не считай меня таким жадным, Алексей Анатольевич. Себе я возьму двадцатку. Я ведь тебя потом обкраду, помнишь, мы договаривались? Так что денег лучше дать парням, и Ирке с Женей.

— Они не партнеры, а нанятый персонал. Поэтому, каждому- по двушнику. И пусть сами оформляют. То есть Захарова уже себе и Евгению все оформила. Юрген им скинет. А ты — парней проинформируй. Глядишь, сообразят, что по результатам Чехии с Венгрией получат настоящие деньги.