— Уже не смогут, — успокоил тот. — Даже в академию не попадут. Но вот потом воплей будет много. Особенно, если ты не возродишься. Хотя тебе-то уже все равно будет, а вот нам разгребать придется прилично… ладно, пошли.

«Подбодрив» меня таким образом, Лазурный дракон вновь направился к лестнице.

Я шла, из последних сил стараясь не поддаваться страху и держать себя в руках. В конце концов зелье, которое уже дало мне возможность испытать собственную силу, показало, что я способна с ней справиться. Значит, я должна пройти инициацию успешно. Обязана! И о неудаче не хочу даже думать!

А насчет того, получится ли вернуться… это ведь будет всего лишь второй раз. Шанс все еще высок! И вообще, должно же мне повезти? Назло всем этим Золотым драконам! Ради справедливости — должно!

С такими мыслями я и подошла к лестнице, и мы стали спускаться вниз. Один пролет, второй, третий… а на пятом послышались странные шелестящие звуки, перемежающиеся с тонким певучим свистом. Завораживающие и, одновременно, жутковатые.

— Что это? — не удержавшись, тихо спросила я.

— Снежные змеи, — ответил декан Райлин. — Довольно разумные существа, хотя и своеобразные. Без взаимодействия с ними не обойтись северной страже, поэтому учим адептов с ними работать еще здесь, в академии.

— Ого!

О существовании ледяных змеев я слышала, но видеть их не доводилось. На миг стало жаль, что сейчас совсем нет времени, и не получится заглянуть к этим удивительным существам. Но потом мысли вновь вернулись к предстоящей инициации, тем более что шестой уровень оказался последним. Лестничный проем уводил в короткий одинокий тоннель, грубо выбитый в толще каменной скалы и буквально заросший коркой льда. А на другом его конце виднелись массивные двустворчатые двери зала Инициации.

Мы пришли.

Зал представлял собой так же грубо вытесанный в скале круглый мешок. Рассеянное освещение, шедшее откуда-то сверху, позволяло увидеть все те же заиндевевшие, мерцающие ледяными искрами стены и здоровый медный диск, вплавленный в пол точно по центру. Вокруг него по трем равноудаленным сторонам расположились на треногах глубокие жертвенные чаши. Ближайшая к нам — из прозрачного хрусталя, предназначалась для инициации нейтральных магов. Та, что справа — из белого агата, для светлых. Но лорд Райлин повернул налево, к чаше из черного оникса.

— Ты ведь у нас Темный Феникс, верно? — на ходу уточнил он.

— Да, — подтвердила я.

— Вставай на диск, — прозвучал голос ректора.

Я поспешила подчиниться.

«Интересно, — мелькнуло в голове. — А как призрак будет активировать жертвенную чашу? Ведь для нее нужна кровь Черного дракона, а он, хоть и Арридор, но бестелесен. Да и вообще, где он?»

Впрочем, последний вопрос отпал вслед за моей челюстью, потому что я его увидела. Ректор входил в зал, живой и здоровый. Настоящий! Лишь по-прежнему окруженный темной дымкой, с черными как у всех Арридоров волосами, пробитыми одной седой прядью, хищными чертами лица и жутким черным взглядом.

— Так вы не призрак? — охнула я.

— Ну почему же? — он усмехнулся. — И призрак тоже. Я ведь Призрачный дракон.

— Но я думала, призрачной является только аватара…

Усмешка на лице ректора стала шире, но объяснять что-либо он не посчитал нужным. Подошел к лорду Райлину, который что-то делал у чаши, и уточнил:

— Ну?

— Блокировку снял, — ответил тот. — И целых три слепка заодно. Энтузиасты, и зачем они сюда лезут? Ведь знают же, что все равно ничего не добьются, и чаша на них не среагирует, но упорствуют. Может, все-таки поставить защитные чары от адептов на зал?

— Нерациональное расходование ресурсов, — отмахнулся ректор. — Пусть развлекаются. Ладно, иди, дальше мы тут сами разберемся. И следи за ущельем, там скоро появятся, хм, весьма недовольные гости.

— Угу. — лорд Райлин кивнул и вышел из зала.

Двери за ним плавно и неожиданно бесшумно закрылись.

А Призрачный дракон вопросительно посмотрел на меня и уточнил:

— Ты уверена, девочка?

— Да.

— В таком случае, удачи тебе, — произнес он и вспорол себе ладонь.

Тягучие алые капли одна за другой ударились о дно чаши, а пространство заполнил вибрирующий мужской голос. От певучих и одновременно грозных слов на незнакомом языке воздух в зале задрожал и сгустился. Их странная мелодия впитывалась в камень, заставляя пол дрожать, пробуждая силу где-то глубоко под землей. Биение этой силы, откликающееся на зов ректора, я чувствовала всем телом. Ощущала ее нарастающую мощь, одновременно с поднимающимся во мне жаром.

Черное пламя всколыхнулось внезапно, полностью поглотив и напитав меня сумасшедшим количеством силы. Резерв заполнился в считанные мгновения, а сила по-прежнему била и била одним непрерывным мощным потоком, словно пытаясь выжечь меня, растворить в себе. И всю эту мощь мне надо было подчинить своей воле. Но как?!