– Не буду ходить вокруг да около: у вас есть кое-что, принадлежащее нам, и я хочу это вернуть, – сказал мастер Тифон.

Йолан округлил глаза и поинтересовался нарочито невинным тоном:

– «Кое-что, принадлежащее вам»? Мне жаль, но я не понимаю…

– Ребёнок. Нам нужен ребёнок! – нетерпеливо выпалил Врир.

– Вы потеряли ребёнка? Правда? – произнёс Йолан, ещё больше округляя глаза и изображая искреннее удивление. Он повернулся к Малаку: – Никто из наших стражей не находил потерявшегося ребёнка?

Малак покачал головой:

– Насколько мне известно, нет.

– Хватит ломать комедию, лупаи! Мы знаем, что он здесь! Верните его нам! – прорычал Врир, скаля зубы.

Выражение наигранной любезности моментально исчезло с лица Йолана.

– Я же сказал, что не знаю, о чём вы говорите.

– Вы лжёте! – прорычал Врир, весь красный от злости.

Йолан прищурился.

– Осторожно, тайган, я ведь могу потерять терпение.

Мастер Тифон ожёг Врира сердитым взглядом и обратился к Йолану:

– Я приношу извинения за поведение старейшины Врира. Пропавший ребёнок – его племянник, поэтому он так волнуется.

Лицо вожака волчьей стаи словно застыло. Так, значит, родной дядя – один из тех плохих людей, о которых говорил Мика. Хм… Ситуация начинала проясняться. История стара как мир.

– Полагаю, мать или отец ребёнка тоже должны быть неподалёку, – проговорил вдруг Малак с улыбкой, не коснувшейся его глаз.

– Отец ребёнка мёртв, – ответил мастер Тифон.

– А его мать? – спросил Йолан.

В его голосе прозвучало любопытство, не укрывшееся от тайганов.

– Это допрос, пёс? Что именно ты хочешь узнать? – прорычал Врир, мрачно глядя на лупаи.

– Вопрос закрыт, – резко произнёс Йолан. – У нас нет того, кого вы ищете, поэтому я буду говорить прямо: если я поймаю на своей территории кого-нибудь из тайганов, я его убью. Убью и объявлю вам войну.

– Значит, ты отказываешься возвращать ребёнка? – взвился Врир. – Хорошо, раз ты хочешь войны, я…

Мастер Тифон не дал Вриру закончить фразу.

– Никто не просит войны! – проворчал он. – Поймите меня правильно, мать ребёнка, которого мы разыскиваем, сбежала. Бросила собственное дитя. Поскольку я член Совета, забота о ребёнке легла на мои плечи. Наверняка мальчик просто переволновался и всё неправильно понял. Если бы я смог с ним поговорить и успокоить, уверен, всё бы уладилось.

Йолан едва не рассмеялся тайгану в лицо. Лена? Сбежала? Он встречал тигрицу всего два раза, но нисколько не сомневался: с таким характером, как у неё, не сбегают и не бросают своего детёныша.

– Я могу лишь посочувствовать вам из-за всей этой ситуации. К сожалению, ничем не могу помочь. Поверьте, мне очень жаль, – солгал Йолан.

– Ты нам ещё заплатишь за это, грязная дворняга! – прокричал им вслед Врир. – Ты нам за это заплатишь!

Как только они отошли достаточно далеко, Йолан повернулся к Малаку.

– Можно сказать, всё прошло довольно неплохо, не находишь?

– Да уж. Очень милая встреча. Надо почаще так собираться, – насмешливо фыркнул шаман, но тут же посерьёзнел и спросил: – Что ты обо всём этом думаешь?

– Думаю, что Лена, мать Мики, мертва, – вздохнул Йолан.

Малак поморщился.

– Считаешь, её убил этот тайган, Врир?

Йолан с мрачным видом кивнул.

– При поддержке мастера Тифона и, вероятно, всего Совета тигров.

Шаман нахмурился.

– Если у них произошёл переворот, тигры захотят избавиться не только от Мики, но и от его старшего брата Брегана.

– Это более чем вероятно.

В глазах шамана блеснула тревога.

– Майя вместе с ним. Как думаешь, тигры осмелятся причинить ей вред?

– Думаю, они убьют любого, кто попытается спасти наследника тайганов, – мрачно проговорил Йолан.

Он не обратил внимания на воронов, которые вдруг слетели с ветвей и поднялись в небо.

– Ты точно не хочешь, чтобы я нёс тебя на руках? – прошипел Ван, услышав тихий стон.

Майя оскалилась. Она не сомневалась: Ван решил тащиться по мёртвым землям не в зверином, а в человеческом обличье, только чтобы всласть наболтаться и помучить её.

– Что? У меня нет права немного поворчать? – насмешливо поинтересовался змей.