– Медведь! Контроль местности! Дрон перезаряжайся! – приказал я и стал осматривать напавших на нас негодяев. В том, что убитые были негодяями – сомневаться не приходилось. Напасть на законников во всех мирах считалось тяжким преступлением и каралось смертью. А если уж на нас кинулись так быстро и оголтело – явно дело было не чисто. Оба мага были очень похожи друг на друга. С пепельными волосами. Носы крючком, губы узкие. И подбородки узкие, будто заточены.

Я активировал амулет, и когда увидел лицо Людвига, произнёс буднично:

– Мир Деркваббе. Нападение на охотников! Двое магов с жезлами и трое их подручных. Вот лица магов!

Я направил амулет так, чтобы инквизитор увидел, и тот засопел сосредоточенно. Потом произнёс:

– Сверюсь по базе, ждите!

Я кивнул, сел прямо на землю и достал сигареты. Неторопливо прикурил, наблюдая, как Дрон быстро обыскивает трупы. Это у него тоже на автоматизме. Медведь в это время с карабином наизготовку внимательно посматривал на джунгли. А потом я услышал, как счастливо засопел Дрон, и понял, что есть какой-то улов. И действительно, Андрюха подошёл ко мне и весело бросил на дорогу пять мешочков:

– Я тут краем глаза посмотрел: золотых на пятьдесят хабара! Ещё два амулета дорогих из золота с камушками. И четыре кольца разных. Драгоценных. Плюс у этих троих браслетики. Но так, мелочёвка, серебро. Однако, я так прикинул – на полмиллиона минимум они нас обогатили!

Я выбросил окурок и кивнул довольно, сгребая мешки с монетами:

– Осталось теперь узнать, чего вдруг они на нас накинулись! Шли себе, никого не трогали.

– Ага, починяли примус, – буркнул Медведь, контролируя местность.

Дрон подошёл к Косте и чуть толкнул его плечом:

– Ты это… спасибо, что толкнуть успел, а то я расслабился что-то. И это… зла не держи.

– Да ладно, чего там… – смущённо пробормотал Константин.

Я удовлетворённо улыбнулся, и тут замерцал амулет. Вновь возникло замотанное лицо инквизитора, и тот произнёс несколько нараспев:

– Убиенные являются некромантами и чернокнижниками братьями Грум! Признаны виновными Файдесовским судом в убийствах, чёрном колдовстве, разбоях и подчинении разума. В своём миру подчиняли волю аристократок и… творили зло.

– Насиловали, что ли? – спросил я, не разобравшись в формулировке.

– Аристократки, кхм, сами отдавались, – смущённо кашлянул Людвиг. И тут же заговорил сердито: – Не в этом дело! Награда за обоих братьев живых или мёртвых – двести золотых! Прижми, как обычно, медальон к телам, зафиксирую смерть, чтобы выдать наградные!

Медведь тихонько присвистнул, а Дрон восторженно сказал:

– Вот бы нападали почаще, а?

– Совсем ты, Андрюха, дурак, – с сожалением сказал я.

После совершения процедуры мы двинулись дальше по дороге, теперь внимательно посматривая на тянущиеся слева от нас джунгли. А Медведь спросил:

– Так почему они на нас-то кинулись?

– Ты так и не понял? – спросил я здоровяка.

– Неа, – мотнул головой Костя.

– Бляхи увидели и подумали, что мы за их головами явились! – пояснил весело Дрон.

Селение оборотней появилось как-то неожиданно. Только шли себе – слева джунгли. Справа – каменистая степь. И тут вдруг бац – серый частокол, огораживающий посёлок. Причём, бревенчатая стена стоит на насыпи, что делает её ещё выше. А перед насыпью приличных размеров ров. И откидные ворота из брёвен, которые сейчас мостом лежат перекинутыми через этот самый ров. По углам стен ввысь уходят башни, на которых стоят лучники. И возле ворот-моста четверо мужиков, огромных, бородатых, в меховых плащах и с копьями в руках. Мужики смотрели на нас недобро, но мы спокойно приближались. Давно уже знали, что страх показывать нельзя – не только в нашем мире, во всех остальных тоже. Любые разумные если слабину чью-то почувствуют – порвут, как тузик грелку. Ну, либо говорить не будут. А нам очень нужно было поговорить. Я искоса глянул на Медведя и увидел, как побледнело его лицо, как ходят желваки на лице. Как сжал он губы. Ещё бы – это его, наверное, единственный шанс не превратиться в злобное существо, нападающее в полнолуние на всё и вся.

Когда мы приблизились, воины с копьями даже не пошевелились. Трое продолжали сидеть возле стены, привалившись к ней спинами. Четвёртый стоял, уперевшись копьём в землю. Он и заговорил с нами первым:

– Передайте Гахыду, что мы всё сказали предыдущим посланникам!

Я прищурился, вновь услышав знакомое уже имя, но проговорил спокойно и нарочито весело:

– Мы бы передали, друг, да знать не знаем, кто такой этот Гахыд и где его искать.

– А чего тогда припёрлись? – выставил вперёд курчавую бороду охранник.

Дрон открыл было рот, да глянул на меня и промолчал. А я улыбнулся и ответил:

– Разговор к старейшине есть. И к магам вашим. За советом пришли.

– За советом? – подобрел бородатый, и повёл плечом: – Грын, проводи охотников к старейшине!

Один из сидевших легко вскочил на ноги, взял тяжеленное копьё, будто пушинку, закинул на плечо и молча потопал в селение. А когда мы уже проходили мимо встретившего нас охранника в ворота, тот сказал нам в спину:

– Мы с законом всегда в ладах, хоть и говорят про нас разное!