– И ее могли убить за компанию. Анна или Василиса. Если им померещилось в клубе спьяну: юная Александра – новая пассия Адониса. Наши подозреваемые неосознанно искажали для себя реальность, не вникали в истинное положение вещей. Вася же восприняла ударившего ее Руслана – наймитом своей бывшей подруги! Кстати, она прямо обвинила Анну в организации покушения на жизнь Адониса. Интересны комменты Дрыновой по поводу тех типов с битами. Она припишет их Васе? – рассуждал Макар. – Меня знаешь, что еще поразило? Когда мы явились в Камергерский, Василиса на первый мой взгляд совершенно не соответствовала портрету, нарисованному нам Карамазовым.

– И я сначала удивился – ее ли Павел Федорович имел в виду? Светская львица, холеная дама в шелках, а он нам про хулиганку вещал, да? Но когда она нализалась, я понял: Карамазов точен. Понимаешь, Макар, он их видел-перевидел в «Малом» разных – трезвых, пьяных. Лишь догадываюсь, из каких структур он пришел в клуб, выйдя на пенсию, но базар тамошний он фильтрует профессионально. И самое главное – он их всех ненавидит. И презирает.

– Значит, и его описание Анны Дрыновой верное? – спросил Макар. – Судя по характеристике от Василисы, она…

– Стерва в кубе, – хмыкнул Клавдий. – И убийца? А ее братец? Твоя приятельница Ирочка советовала нам искать подход к их семейке через Васю, несмотря на их вражду. Но мы лопухнулись. Надо подбирать другие ключи.

Из «логова» они выползли в семь утра. С жестокого бодуна и от бессонницы трещала башка. Клавдий спросил:

– А слабо пробежаться прямо сейчас?

Макар принял вызов. И они в своей грязной мятой одежде рванули на утренний кросс вдоль озера. Но и спорт давался адски тяжело. Одно лишь обрадовало Клавдия – после кросса Макар не начал шарить в поисках тайных заначек шотландского виски. Нет, он отправился в ванную, заявив:

– Клава, соберись, у нас уйма дел на сегодня.

Клавдий сварил себе чашку тройного эспрессо на кухне. И позвонил участковому Бальзаминову. Тот, тоже с похмелья, его сперва не узнал! Но затем обрадовался. И выслушал новости про «бабенку с Камергерского» терпеливо.

– Я вчера объявил тачку Игоря Виноградова, его битый «бумер»-миллениал в розыск, – сообщил он. – Лично озаботился. Коллеги в Полыни еще и не чухались. И я же звякнул участковому… ну туда, где обе бабенки Виноградова гнездятся. Вылетело спросонья название их загородного рая.

Клавдий удивился – разве они с Макаром рассказывали Бальзаминову про «локацию» Ани и Васи в Подмосковье?

– Услышав фамилии от вас, решил сам пробить все по ним, – пояснил участковый Бальзаминов, словно прочитав мысли Мамонтова. – Гражданка Василиса Панайотова в разводе с мужем и наезжает в загородный дом нечасто. Последний раз появлялась примерно месяц назад. И ей доставляли какой-то строительный материал на грузовике. Гражданка Дрынова Анна живет в особняке постоянно. В текущий момент с ней находится и ее брат Леонид. Их дома с Панайотовой располагаются на берегу каскада прудов, но не забор в забор. Места там привольные, широкие. Правда, коллеге моему на Дрыновых жаловались высокопоставленные обеспеченные соседи – у братца с сестричкой постоянные скандалы на участке. Мат-перемат.

Бальзаминов умолк. Клавдий слышал – тот пьет, шумно глотает. Тоже похмеляется после вчерашнего своего «А в тюрьме моей темно»?

– Насчет исчезнувшего красавца мое дело пока сторона, не ко мне заявление о пропаже Виноградова поступало, – продолжил утоливший жажду майор Бальзаминов. – Но меня гложет врожденное любопытство. Сгоняйте туда сегодня сами, а? Волонтеры? Ко второй бабенке-фигурантке и ее братцу. Он вроде сейчас не у дел, отставной козы барабанщик, а прежде газы пускал. – Бальзаминов бессердечно заржал.

– Попозже, – лаконично пообещал ему Клавдий Мамонтов.

Над стертыми руками Макара хлопотали гувернантка Вера Павловна и горничная Маша. Макар жевал мятную резинку, заглушая амбре похмелья.

– Вы дрова рубили? – ахала горничная Маша. – Вера Павловна, вы гляньте – мозоль на мозоли! Ладони в пузырях!

– Мы копали грядки на чужом огороде, – пояснял Макар, безропотно подставляя обе кисти для перевязки.

– Физический труд полезен. Но без фанатизма, – Вера Павловна пристально глядела на Макара сквозь очки, бинтуя его правую руку. А горничная Маша – левую.

По лестнице в столовую спускались Лидочка и Августа, которая держала на руках Сашхена. С кухни доносился аромат жареного бекона, свежего молотого кофе и английских булочек «сконс». Горничная Маша быстро научилась их печь, потакая вкусу Макара и девочек. От домашней уютной суеты сердце Клавдия таяло.

В Шишкино Лесничество они отправились после полудня. Макар вспомнил поговорку: гламурные девушки… и пятидесятилетние гламурные «тети Моти» рано не встают. Тем более актрисы рекламы.

– В качестве кого мы к ней заявимся? – без энтузиазма спросил Клавдий. Он снова сел за руль сам. – Я сгоряча Бальзаминову обещал, но Дрынова нас просто пошлет. В отличие от Василисы, она с твоей бывшей никогда не встречалась. Мы для нее незнакомцы.