– Эй! Пить хочешь?

Пить я очень хотела. Меня аккуратно приподняли за плечи, в губы ткнулся край глиняной кружки, я жадно пила прохладную, вкуснющую воду, пока не поперхнулась.

– Да куда ж ты торопишься так!

По спине заботливо похлопали.

Я откашлялась и открыла глаза.

Похититель оказался какой-то не очень страшный. Глаза – никакие не чёрные, а прозрачно-голубые, открытый внимательный взгляд. Очень белая кожа, короткая борода и усы. Рыжие. Сидит на корточках рядом с диваном и в свою очередь внимательно разглядывает меня, держа в руках пустую кружку.

Я опустила взгляд. Тонкий белый свитер с закатанными рукавами плотно облегает рельеф тренированных мышц. Наконец-то получилось разглядеть ближе татуировки на предплечьях у него – драконы, ладьи, солнца, мечи… Что-то знакомое.

– Зачем… ты меня похитил?

В голубых глазах удивление и сочувствие.

– Сильно тебя по башке приложило, да?

Смущаюсь.

Рыжий не дождался ответа, заговорил сам:

– Я этого догнал, кстати! Слегка помял, правда, но скрутил и городской страже доставил. Молчит, как рыба об лёд. Смотрит невинными глазами и божится, что ничего плохого никому не делал. И я бы даже поверил, если б собственными глазами не видел, как он тебе в голову камень швырнул, а потом подмышки схватил и пытался волоком куда-то утащить. Ну ничего, может, там ему язык ловчее развяжут, я не мастак в таких делах.

Он помолчал немного.

– Болит?

Я потёрла затылок. Кивнула.

В голове всё быстрее прояснялось. Значит, не этот меня?..

– Какого цвета глаза у него были, когда ты его поймал?

Жуть, как голос не слушается. Хриплю, будто вурдалак.

– Странный вопрос. Голубые, вроде бы. А что?

– Ничего.

Приподнимает рыжую бровь, ждёт продолжения, но его нет. Решаю, что посвящать первого встречного в свои дела не буду. Тем более, сама ничего не понимаю.

– Это точно не ты меня? – уточняю ещё раз для проформы. Я сижу, укрытая до пояса одеялом, в одной комнате с незнакомым молодым мужчиной, в каком-то неизвестном мне месте, и никаких подтверждений услышанному рассказу, кроме слов этого незнакомца, у меня нету.

На меня смотрят обиженно. И я почему-то верю.

– Я просто услышал шум за окном странный, выглянул посмотреть. А ты меня же и в маньяки записала, да? Вот и спасай после этого красивых девушек.

Молчу. Комплименты смущают.

– Ты мне, кстати, проясни одну вещь, я не понял. Ты зачем одна по ночам шатаешься в таких местах? Совсем инстинкта самосохранения нету?

А вот это было обидно. Насупившись, я отвечаю:

– Во-первых, я колдунья! И если бы не подлое нападение со спины, никогда бы в жизни меня этот урод не взял…

Удивлённый присвист. Меня окидывают таким недоверчивым взглядом, что становится ещё обиднее. Не верит, что я колдунья?

– А во-вторых, я тут по делу! Я искала…

Господи.

Вот я дура.

Закрываю ладонью лицо.

Потом свободной рукой нащупываю на поясе мешочек, вытаскиваю из него основательно помятый и практически сплющенный свиток, протягиваю рыжему не глядя. Он осторожно забирает.

– Только не говори, что это ты и есть, - бормочу глухо сквозь пальцы.

– Это я и есть, - подтверждает мою догадку обескураженный голос. Я стону и откидываюсь обратно на подушки. Всё. Больше совсем нету сил. Прикинуться чучелком и сдохнуть. Вот и всё, что мне хочется.

Алан Фостергловер поднимается с пола, усаживается у меня в ногах, придавливая до скрипа диван, и хмуря рыжие брови, распечатывает свиток. Читает, то и дело бросая на меня странные взгляды.

Потом откладывает свиток в сторону.

– Стало быть, принцесса?

– Стало быть, она, - грустно вздыхаю.

– Мэган Роверт?

– Она самая. Можно Мэгги.

Все-таки поднимаюсь обратно в вертикальное положение, чем вызываю приступ дурноты. Но кажется неправильным разлёживаться, когда у нас тут, получается, официальное знакомство.

Рассеянно оглядываю цель своего путешествия. Вообще не таким себе его представляла. Этот парень выглядит, как гроза девичьих сердец. Вокруг него наверное девки штабелями падают. И чего он забыл в самом глухом тупике Саутвинга? Пока что не особо вообще заметно, чтобы в этом доме кроме него ещё кто-нибудь жил. Тишина такая, что слышно, как муха пролетит.

– Значит, присмотреть за тобой. Понятно всё.

– Что тебе понятно? – спрашиваю кисло.

Рыжий закатывает глаза.

– Я от этого всего дерьма аж сюда уехал! Но меня и тут достали.

– Кто достал? – наверное, и правда слишком сильно получила по голове, потому что по-прежнему ничего не понимаю.

На меня бросают непонятный косой взгляд.

– Попытки женить.

– Кого? – опять не втыкаю.

– Меня. Видите ли, двадцать шесть уже, моей родне покоя не даёт, что я не тороплюсь в капкан добровольно голову совать. Им до зарезу надо меня женить.

– На ком? – продолжаю играть в сову-сплюшку, которую по недоразумению разбудили днём.

– В данный конкретный момент, судя по всему, на тебе, - веселится отчего-то рыжий, глядя на моё недоумение. – Но я не ожидал, что в свахи у нас подастся даже Его величество король.