Осенний лес объял золотой огонь. Пылающие листья срывались в свой последний путь, навевая мысли о вечном. Неспешный рассказ профессора взбудоражил воображение парня. Далёкий, полный чудес пляж, рыбы-драконы, выходящая за грань разумного магия…

Уловив движение полога, юноша обернулся. Из палатки показалась раздосадованная и немного сконфуженная волшебница. Норенс поспешил удостовериться, что с пациенткой всё в порядке.

— Чего уставился? — блеснули чистые глубокие глаза цвета лазури.

Веснушки и льющиеся по щекам каштановые волосы неописуемо гармонировали с жёлто-алым листопадом позади девочки. Парень не сразу смог отвести взгляд.

— Прости, я задумался.

— Какие интересные мысли могли прийти в твою-то голову? — хмыкнула Росса. — Лучше бы еды мне раздобыл. Умираю от голода.

— Твоя подруга поправилась? — следуя правилу хорошего тона, поинтересовался юноша.

— Сомневаешься в моих навыках? — убрав руки за спину, юная дзе гордо выпятила грудь. — Ну и? Просветишь, о чём думал? Вдруг ты зря меня голодом моришь.

— Эфия рассказал о дуэлях. Я наконец-то понял, почему ты отвергаешь мои чувства! Тебе нужен тот, кто сможет тебя одолеть! Дай срок…

Астру разобрал смех, на её глазах проступили слёзы.

— Серьёзно? В ангелы податься решил? Ты-то?

— Именно! — Парень сжал кулаки. — Раз иначе никак, я возьму тебя силой!

Волшебница прикрыла лицо рукой. Профессор опустил часть про «роды». Будь Норенс хоть членом первой десятки — без астерита всё тщетно.

— На Андропонию попади для начала, тогда поговорим.

Россе было лень что-либо объяснять. Она наказала спутницам собирать палатку. Шею Хокори теперь украшал синий переливающийся камушек на верёвочке.

— А вот и попаду! — не унимался сын Запада.

— Ну-ну, состариться раньше не боишься, геройчик? — Губы бывшей дворянки искривила ядовитая улыбка.

— Смеёшься? Смейся. Упорство — побеждает всё. Хотя, откуда тебе знать.

— Чего вякнул? — нахмурилась девочка. Выпад юноши её задел.

— Что слышала! С пелёнок в золоте купалась, горя не знала, так тебя ещё и дзе приметили! Ты понятия не имеешь, какого это — прогрызать путь к цели!

— Вот как…? — Астра оскалилась, сжала кулачки. Мана внутри неё заклокотала. — Назвал «великой целью» желание залезть мне под юбку и грудь колесом выставил, щенок. Что же…

Волшебница коснулась ядра облачения, её одежда сменилась прежним костюмом жокея. Она передала подарок учителя акуле.

— Помнится, пока ты учил меня фехтовать, я тебя и задеть не могла. Сколько прошло? Месяц? Доставай ковырялку, я покажу, как быстро растут ангелы. Эфия, запуск тестовой дуэли!

— Особые пожелания, офицер? — отозвался компьютер.

— Да, не вмешивайся, сама справлюсь и силы мои обрежь. Пусть процентов десять останется.

— Мне не нужны подачки! — фыркнул парень.

— Я делаю это ради себя, боюсь убить ненароком придурка одного.

— Предупреждаю: без должной подпитки отключится барьер, скрывающий вас от заклинания поиска, — сообщил профессор.

— Плевать. За мной в лес никто не сунется.

Встав напротив юноши, Росса демонстративно хрустнула костяшками.

— Ну, чего застыл?

— Н-не могу я… с мечом на безоружного… на девушку…

— Хорош мяться. — Воительница толкнула Норенса в спину. — Она — маг, зазеваешься — голыми руками порвёт.

— Как насчёт награды, мальчишка? Сможешь ранить меня — стану твоей женой, со всеми вытекающими. Говорю при свидетелях.

Парень сглотнул, меч инквизиторов с серебряным напылением покинул ножны. Астра стояла, улыбаясь уголками губ, ни боевой стойки, ни бьющей во все стороны ауры. Сын Запада сделал шаг вперёд. Ничего. Ещё шаг. Волшебница не шелохнулась. Поведение противника сбивало юношу с толку. Ему было бы проще, пусти великая и несравненная дзе в ход весь арсенал. Она же… выглядела, как безобидная маленькая девочка, как те, с кем он играл, будучи ребёнком.

— Ну же, бей, — мягко улыбнувшись, произнесла Росса.

В голове Норенса промелькнула мысль: «Она специально поддаётся, признала меня! Стукну её плашмя, по плечу!». Однако стоило парню занести клинок над головой…

Бах!

Волшебница прыгнула вперёд и ударила его коленом в живот. Всё, что он успел почувствовать — короткий всплеск маны и резкую боль.

— Ой! — Лиса закрыла руками лицо.

— Во даёт! — ощерилась акула.

Выплюнув обед, сын Запада завалился набок. Из терминала на руке девочки прозвучал гонг.