— Передам Астре энергию на репликацию. Учись, выполняй упражнения, развивайся. Эфия будет приглядывать за твоим прогрессом с орбиты. Как достигнешь должного уровня он создаст тикет на обучение.

— Главком! — Селёдка помахала Верховному. — Можно и мне книжку?

— А ты у нас…? — В глазах учителя промелькнула лазурь. — Хокори, протеже седьмого, верно?

— Ничего подобного! Я не какая-то там «Тэже», а невеста Протея!

Дзе рассмеялся, а я чуть не померла со стыда. Дикарка…

— О чём книгу ты хочешь?

— Про еду! — тут же выдала спутница.

— Подбери что-нибудь с картинками, она читать не умеет, — предупредила я. Ещё не хватало вслух читать деревенщине этой.

— Что же, значит отправлю томик «Общая теория магии» для Норенса, сборник рецептов домашней кухни для акулины и букварь в довесок.

Из канала связи в меня потекла мана. Гораздо больше, чем требовалось для создания книг, каналы души аж вспухли. Учитель решил меня поддержать? Мило с его стороны.

— Увидимся, дорогая. — Главнокомандующий сложил ладони вместе, экран растаял в воздухе.

Не успела я приземлить пятую точку, как меня обступили со всех сторон. Народ жаждал знаний.

— Хватит пялиться! Что за голодные взгляды?! Дайте поспать!

Как я ни упрямилась, а выдать посылку всё же пришлось.

[Накинулись, будто внутри еда], — пожаловалась я профессору.

[Их можно понять. Знания — нежнейшая амброзия для разума.]

[Придержи красноречие, Железка. Какая амброзия? Три аборигена в букварь вцепились.]

Вы, наверное, подумали, что я вся такая зазнавшаяся? Нет, ни капли. Мои барашки сели рядышком, раскрыли книжку, и смотрят на первое четверостишье без грана интеллекта в глазах.

— Бу-ква «А», с неё на-чи-на-ет-ся стро-фа… — прочитал по слогам сын Запада. Что же, на безрыбье…

[Отбросьте надменность, офицер. Если поможете им освоить азы, дальше они смогут учиться самостоятельно. Подставьте плечо тому, кто без сна и отдыха переводит речь и текст с трёх языков одновременно], — пропел профессор.

[Напомни-ка, труженик, чью ману ты ради этого литрами пьёшь? То-то и оно.]

Повалившись на пухлое брюхо Грегора, я присоединилась к дракону в царстве снов.

* * *

За деревьями промелькнула тень неизвестного зверя. Он гнал добычу, рычал. Тяжёлое дыхание, скрежет когтей по промёрзлой земле, резкий визг и… тишина. Чахнувшая над книжкой троица вздрогнула, опасливо повернувшись на звук. Юную дзе этот «аудиоспектакль» не потревожил: Эфия заботливо отключил слух хозяйки, чтобы та могла хорошенько выспаться.

Несмотря на полуночные посиделки, проснулся Норенс рано. Даже под двумя одеялами он продрог до костей. Прежде они с Алерой спали рядом, но те дни прошли. В компании маленькой волшебницы юноша предпочёл не рисковать и лёг отдельно.

Дрожа, как осиновый лист, парень вышел навстречу предрассветной тьме. Снаружи переливался россыпью пылающих рубинов тлеющий костёр. Сын Запада поднёс к нему руки, чтобы отогреть заледеневшие пальцы.

Взгляд Норенса упал на вторую палатку, он разочарованно вздохнул. Вспоминать тёплое ворчание лесной красавицы было… холодно. Поэтому юный рыцарь решил уйти из лагеря и попрактиковаться с мечом.

Проходя мимо Астры, парень замер. Девочка звездой растеклась по дракону и тихонько сопела. В какой-то момент сын Запада поймал себя на мысли, что вновь засмотрелся. Мирно спящая волшебница действительно напоминала ангела.

— «Эфия однажды предложил мне: „Хочешь я изменю воспоминания Россы, заставлю её считать тебя своим возлюбленным мужем?“. Может, стоило согласиться? Тогда бы мы сейчас… Нет-нет, это была лишь проверка!» — Парень хлопнул себя по щекам и пошёл дальше.

Следующей проснулась Хокори. Покинув палатку, девушка начала рыться в поисках того, чем можно было бы вытереться. Лиса грела лучше печки, и воительница сильно вспотела.

Астру разбудил Грегор. Зверь поднялся, бесцеремонно скинув с себя девочку, а затем скрылся в чаще.

— Рядом с этой грелкой спать невозможно! Пусть ночует с самцом! — пожаловалась акула.

— Исключено! А если мальчишка к ней ручонки потянет?! Алера — скромная, тихая, даже пискнуть не посмеет. — Приложив ладонь к щеке, Волшебница покачала головой. Жест, унаследованный от матери.

Норенс подслушивал их разговор из-за дерева. Его опасения подтвердились, и он похвалил себя за осторожность.