По пути сюда она надеялась с комфортом разместиться в одном из пакгаузов, где был предусмотрен командный пункт. Но Кор-Эйленд перестал существовать. Несколько тонн гексогена, заложенные под фундаментом модулей, превратили объект в свалку техногенного мусора и братскую могилу одновременно. Кто-то задействовал протокол самоликвидации и разнес станцию ко всем чертям. Впрочем, не «кто-то». С учетом выданных допусков, пирамиды субординации и должностных инструкций, количество подозреваемых сводилось к одному.

«Что за бардак ты тут устроила, Эрвинс!»

— Это не совсем то, что вы ожидали здесь увидеть, не так ли? — Генерал покровительственно улыбалась, демонстрируя ослепительно-белые керамические зубы. Эльзе захотелось врезать ей по лощеной физиономии. Ничего, это подождет. Поставить тщеславную суку на место никогда не поздно.

— Я удивлена не меньше вас, генерал, но это не должно отразиться на наших планах. Механизм переворота запущен. Обратного пути нет.

— Но ваша протеже для нас потеряна, — возразила Шахрами, — Эта, как ее там… Эрвинс, кажется? Она либо мертва, либо в плену, либо дезертировала.

— Мы этого точно не знаем, — Эльза сознательно уклонилась от прямого ответа, чтобы потянуть время. Время сейчас работало на нее.

— Вы просто пытаетесь оправдаться, — фыркнула Шахрами. — Ваша козырная карта бита, и нам придется переобуваться на ходу.

— Если придется, так и поступим, — согласилась Эльза. — Есть запасные варианты. Но сперва дождемся информации от разведгрупп.

Генерал пожала плечами.

— Поступайте как знаете. Теперь это ваша головная боль. Мое присутствие здесь становится нецелесообразным. Если помните, я с самого начала не хотела лететь, особенно накануне операции «железная рука». Но вы настояли на моем участии в экспедиции. Теперь я собираюсь как можно быстрее вернуться в столицу. Подполковник Сильверстоун достаточно компетентна, чтобы осуществлять оперативное управление, но стратегические задачи должна координировать я и только я!

Эльза некоторое время молчала. Нужно ли сразу раскрывать карты или продолжить блефовать? Решила задействовать промежуточный вариант.

— Обратный путь до Леоры займет не меньше восьми часов и все это время вы будете отрезаны от источников информации. Мало ли что может приключиться за это время? С другой стороны, Шейла Дин со своими спецами наладит связь с Центром с минуты на минуту. Вы сможете руководить операцией прямо отсюда.

— Вам просто требуется нянька, Доэл! — проворчала Шахрами. — Все пошло по киске, и вы не хотите самостоятельно разгребать эту кучу фекалий. Я останусь до вечера. Но если через десять часов ситуация с Эрвинс не прояснится, я стартую в любом случае и оставлю вас жариться на вертеле в одиночку. Знаю, вы без ума от солярных процедур. Не хочу портить вам удовольствие.

«Сука!», — Эльза сделала вид, что наблюдает за работой техников. Глаза скрывались за стеклами очков, но желваки на щеках могли ее выдать.

«Потерпи немного, сожми сфинктер покрепче и улыбайся. Скоро ты получишь все, о чем мечтала… Но куда, мать ее за ногу, подевалась Эрвинс?»

— Разумеется, генерал. Почему бы вам не занять одну из штабных палаток? Связисты сообщат, когда наладят линию Эверкола.

Шахрами удалилась в сопровождении ординарца. Яна Винтерз всюду таскается за генералом. С ней тоже придется что-то делать. Высокая, утонченная, с роскошной грудью и обворожительная, как с картинки. Вот бы остаться с ней наедине. Впрочем, эту часть своей личности Эльза тщательно скрывала.

— Полковник Доэл. — К ней подошла Миа Карузо. Здоровая как лошадь, с грубоватой внешностью крестьянки, одинаково широкая в плечах и бедрах. Даже в полной выкладке она перемещалась совершенно бесшумно.

— Докладывайте, майор.

— Бой закончился четверо суток назад. Станцию атаковали от ста пятидесяти до трехсот кочевников. Они подорвали ограду в двух местах. Использовали черный порох. Затем сработало устройство PR-12. Большую часть ходоков убило взрывом с последовавшем выбросом паров гидразина. Выжившие семьдесят пять человек ушли на восток. Разведчики засекли тепловые сигнатуры и блокировали их с воздуха.

— Удалось кого-нибудь взять живьем?

— Одну. Снаряд из гауссовки оторвал ей ноги. Дикарка потеряла много крови, но мы успели вовремя. Сейчас ей занимается Паркус.

Эльза трудно сглотнула, хотя никогда не страдала излишней сентиментальностью. Методы Паркус, несмотря на их эффективность, вызывали изжогу.

— Результат есть? — спросила она.

Тяжеловесное лицо Карузо не дрогнуло. Она моргнула.

— У Паркус всегда есть результат.

— Веди.

Тамара Паркус со своим передвижным балаганом из преисподней расположилась под натянутым тентом, покрытым сверху желтой маскировочной сеткой. Эльза еще на подходе ощутила специфический запах: смесь телесных выделений и химических реагентов. Двое солдат с висящими на плечах винтовками нервно курили снаружи. При приближении полковника, они поспешили спрятать запрещенные санпином папиросы и встали навытяжку. Эльза только махнула рукой и, стараясь дышать через рот, шагнула под навес. Карузо осталась снаружи. Эльза сняла черные очки, чтобы лучше видеть в тени. Брюки натерли кожу на внутренней стороне бедер. С ее жирными ляжками эта проблема возникала постоянно. Она надеялась, что не забыла перед вылетом сунуть в косметичку крем от опрелости.

Паркус разложила свое хозяйство на двух сборных алюминиевых столах. Много стекла, хрома, меди и никеля. Колбы, перегонные кубы, реторты, крошечные мензурки, зажатые в тиски над двумя газовыми горелками, портативный автоклав. В пластиковом саквояже — флаконы с разноцветными порошками и жидкостями. Каждый сосуд отмечен биркой с каллиграфическими надписями на латыни. Кто вообще пользуется латынью в наши дни? Разве что чокнутые хранители древности.

Сама Тамара Паркус, невысокая и костлявая, в резиновой медицинской шапочке и неизменном белом халате поверх пыльного камуфляжа, склонилась над стеклянной призмой, в которой булькала какая-то едкая черная гадость.