Шрифт:
Вот наутро Илья просыпается, а кот с ночной охоты пожаловал.
Баба Яга коту и приказывает.
— С им поедешь! В царских палатах будешь проживать, с царями-королями беседы вести.
— Эт по мне, — болтун отвечает.
Посадил Илюша кота в дорожную суму, одна только голова ушастая оттуда выглядывает. За дорогой кот-баюн наблюдает, всё что видит обсказывает.
— Ох и долдон ты, ни на миг рта не прикрыл! — Илюша смеётся. — Болтлив ты, братец, как сто кумушек деревенских, и всё не по делу. Недаром Баба Яга на тебя жаловалась. Ну да вдвоём веселей всё же. Расскажи-ка лучше сказку.
— Не знаю ни одной.
— Вот те на! А люди другое говорят! Выходит, не сказочник ты никакой, а обманщик!
— Зачем же обманщик? Усыпить могу — это да. Говорю: «Жили-были…» Глаза у людей сами и закрываются. Ведь название моё какое? Кот-баюн, а не кот-сказочник. А кто такое про меня выдумал — знать не знаю, ведать не ведаю.
— Ладно уж. Моё дело кота заполучить, дальше Берендей сам пусть решает, что с тобой делать.
— М-р-р. Не люблю я царей этих. Ума на грош — любой окрестный кот лучше головёнкой соображает, а гонору на сто рублёв с полтиной.
Вернулись во дворец.
Илюша награду получил царскую — кафтан красный сукна кармазинного и двадесять штук золотых монет.
А кот-баюн с царём остался.
— Говори сказку! — царь приказывает.
— Вот, значица, в некотором царстве, в некотором государстве … — кот начинает.
И мурлычет громко, заливается. А через мурлыканье то и усыпление приходит. Никто, окромя кота, больше так не умеет.
Царь и сморился. Пока он спал, кот-прохиндей прогуляться по саду успел, на кухне со всеми поварами перезнакомился, пообедал и назад вернулся.
Видит, ворочается Берендей, просыпается.
Продолжает кот:
— Вот стали они свадьбу играть, песни петь да дробушки бить, тем и кончилось!
Король глаза протирает, а что в середине сказки было — не помнит.
Так и повелось.
Только сказка начинается, царь — брык! и на боковую.
Все и рады — тихо стало во дворце и покойно.
Царевна Ядвига
В некотором царстве, в некотором государстве правил царь Казимир. Было у него несколько дочерей. Все дочери, как дочери, а вот младшая, Ядвига, неугомонная уродилась.
— Желаю, батюшка, на коне лучше всех скакать и мечом, как богатырь, управляться. Авось защита моя когда потребуется.
— Без тебя защитников целая армия, — царь упирается. — не пристало девице ратными делами заниматься.
— Хочу! — Ядвига брови хмурит и ножкой топает.
— Ну уж ладно, — Казимир уступает. — Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало.
Обучили Ядвигу и на коне твёрдо держаться и мечом лихо владеть.
Подросла младшая царевна, исполнилось ей семнадцать лет. Отправилась она как-то со старой нянюшкой в воскресный день на ярмарку. Сидят они обе в карете, на козлах гайдук усатый лошадкой правит.
А как приехали на ярмарочную площадь, задумала Ядвига шкоду одну устроить — отослать решила няньку, что пригляд за царской дочкой устраивала, и убежать ненадолго.
— Купи мне, нянюшка, пряника медового, — Ядвига просит.
А как нянюшка со вздохами из кареты выпросталась, кучеру приказала:
— Гони!
Тот не смел ослушаться, нянюшку дожидать не стал, дальше поскакали.
Сидит царевна, людей разглядывает сквозь окошечко. Заприметила она девушку простую, что по площади шла, её Людмилкой звали. Дверку приоткрыла и за руку против воли Людмилку к себе втащила.
Давно Ядвига мечтала одна по ярмарке прогуляться, но закон монарший того не дозволяет. А с соглядатаями прохаживаться никакого удовольствия. Люди на тебя глаза таращат, пальцем указывают, проходу не дают — разве ж это гулянье!
Потому решила она одёжкой с простой девушкой поменяться, оставить её вместо себя в карете, а самой на волю улизнуть.
Рассказала она обо всём Людмилке.
— Поможешь мне? — спрашивает.
— Помогу, — Людмилка отвечает. — Посижу за тебя, царевна, туточки.
— Вот и славно, а я схожу ярмарку посмотрю. Очень мне хочется обычным человеком побыть. Каково это?
Сняла она свой сарафан шелковый жемчугами расшитый да и обменяла на Людмилкин — простой ситцевый. И кокошник свой царский, богатый, золотом подбитый взамен простой Людмилкиной ленты отдала.
— Можешь не ждать меня, — царевна говорит. — Покатайся. Когда ещё доведётся в царской карете промчаться. Стукни гайдуку два раза, он и тронется.
Сказала и незаметно на улицу выпорхнула.