Оказывается, не всё просто. У шестого «А» классная та самая завуч по внеклассной работе классным руководителем трудится. Так что и подсудят им, и лучшую пьесу подберет она тоже им. И время у тетушки есть как следует порепетировать с классом.

— Да ерунда это всё! Сейчас как навалимся, как возьмёмся за дело! А «Одноклассники» помогут! — Это я заправляю училке, а её собственный класс, который одновременно и класс моего Пашки уже вокруг собрался, урок вот-вот начнется.

— Ребята, вы как насчет надрать задницы всем классам?!

— Мы за!!! — И сразу энтузиазм такой яркий от использованного при учительнице слова «задница», а еще от мысли, что можно кого-то победить их хиленькими силами.

— Я тебя прошу только так не выражаться. И насчет помощи одноклассников — ты что имеешь в виду?

— Я про наш школьный ансамбль, который вам поможет. А еще я вам пьесу напишу, такую, чтоб чётко для вашего класса и чтоб выносила всех соперников вчистую.

— Миша, а ты сможешь? — Вона, она уже и имя моё знает. И недоверие в голосе еле слышно. Что значит, авторитет прокачал в школе.

— А то! Я даже уже представляю, что будет взято за основу.

— Даже так?

— Да. Название только что в голове вспыхнуло. А раз название зачётное есть, пьеса сама подтянется. «Ванька при дворе короля Артура»

— Здорово звучит. Будешь сочинять по мотивам книги Марка Твена?

— Всё верно. Адаптирую роман под нашу школу, под ваш класс.

— А по костюмам что? — Урок уже начался, но никто не напоминает из детей про это — дураков нет. И вообще, идея захватила всех.

Подхожу к доске и начинаю накидывать эскизы костюмов, которые делаются легче лёгкого даже самой криворукой мамой. А мечи сделать и намёки на доспехи сможет любой папа, даже тот, который не выезжает из похмелья. Палка или доска, картон, клей… а если серебрянка есть — то вообще супер получится. Вот скажите, какая девочка не мечтает нарядиться принцессой? Ну хотя бы герцогиней или княжной? Так вот, все девочки в пьесе будут аристократками, никого в слуги не пропишу. Ага, а у пацанов из неблагородного сословия будет только палач да шут. И я вас умоляю, у них еще драка приключится за право сыграть палача. Пашке как брату сразу подгон — роль сэра Персиваля. Мы её с ним конкретно проработаем. И оружие мы с батей ему подгоним такое, что сами испугаемся. Надо пацана вытаскивать из безвестности. Пусть будет братом того самого Мишки Корчагина, который вон чего и это тоже'.

Сам бы не поверил, но как-то сложились звёзды так, что уже вчера ночью пьеса была написана. А сегодня днем обкатал её на своём классе, вернее на «Одноклассниках». Финал мне подсказали пацаны, так что вышло даже лучше, чем могло получиться, ржали всей компанией, когда я читал вслух окончательную версию пьесы. И да, народ не отказался поддержать класс младшего брата, то есть музыкальное сопровождение на нас. Вот теперь мы поборемся!

— Пап, нужна твоя помощь. Опять и снова.

— Дай угадаю: опять надо снова напечатать в пяти экземплярах какой-то твой опус? Миш, скоро при твоем упоминании наша машинистка начнет за валидол хвататься! Ладно, чего у тебя там?

— Вот. Пашке для класса сочинил пьесу, которую они играть будут на конкурсе.

— Ты? Пашке? Удивил. По-хорошему удивил. Я думал, у вас всё еще вооруженный нейтралитет.

— Не, пап, у нас мир-дружба-жевачка! — Пашка аж просиял от гордости, выдав такую оценку наших с ним отношений. Ну да, как-то устаканились мы, тёрки все потерли, мутки перемутили. Он теперь меня нормально воспринимает, я его не третирую. Чего там, раз уж попал в эту семью, нефиг как неродной стоять в сторонке.

— Это сильно меняет дело, Михаил. Если бы это было надо лично тебе… то я бы постарался помочь. А раз вам двоим надо…

— Не только, там целый класс стенает, хочет хоть раз хоть в чём-нибудь победить. А классная малахольная у них.

— Нельзя про взрослого человека и учительницу так говорить. Но я тебя понял и признаю — дело задумал правильное. Почитать пьесу можно будет?

— Да конечно! Вдруг что еще предложишь.

— Вот тут я пас, в драматургии не силен.

— Так и для меня это первый опыт в новом жанре.

Мама Вера сидела в сторонке и молча взирала на семейную идиллию. Именно о такой семье она мечтала всю жизнь. Чтоб отец и сыновья заодно, с общими интересами, чтоб возились с какой-то мужской ерундой, важной им троим. Да хоть скворечник собрали или…

— Эй, орлы! Я не поняла! Вы что, из этой доски собрались меч выстругивать? Мало того, что намусорите, так еще и Павлик кого-нибудь нечаянно заденет. И сам в хулиганы попадет, и ему сдачи дадут! Я запрещаю категорически!

— Не шуми, Вера. Выросли уже наши с тобой мужчины. Вон орлы какие. Мы всё сделаем аккуратно, а Пашу научим как никого не убить во время спектакля.

— А без оружия совсем нельзя?

— Ну ты что! Рыцарь без оружия это… Это как я без авторучки. Сразу с работы попрут. И вообще, сегодня мы ничего строгать не будем. В субботу займусь, а потом уборочку сделаем и всё подметем. Ты лучше подумай, из чего будешь камзол шить на сэра Персиваля.

Умеет батя с женой разговаривать. Отвлек, загрузил, пообещал. Она теперь погрузилась в задачу, как окультурить сыночка, чтоб в грязь лицом не ударил. А с эскизами костюма я помогу. Смотрю, прямо образцовая семья вылупляется: батя текст распечатает для класса и меч выстругает, я пьесу уже написал, мама костюм пошьёт. И всё ради мелкого, который теперь будет роль разучивать, а потом выступит в пьесе. Замечу — вся сумма телодвижений раде разовой акции, ради одного единственного мига успеха. Но кто его знает, как такие моменты влияют на жизнь человека, вдруг кто-то что-то для себя решит из Пашкиного класса? Ну там, в артисты подастся или драматурги…'