– У вас тут, происходит незаконное судилище и казнь, которые в пределах ромейского государства – не имеет права производить никто, кроме представителей законной власти Нового Рима, – важным тоном, провозгласил квестор пришедший с Геронтием Тавром.

Среди окружавших князя ближников, поднялся недовольный гул. Алексей взмахом руки, остановил нарастающее возмущение своих людей и не скрывая насмешки, сдержанно ответил:

– Русы, имеют подтвержденную самим Императором привилегию, на свой собственный суд. Ваши чиновники, для нас не указ! И никто из администрации Византия, не может вмешиваться в наши внутренние дела. Или ты забыл об этом, Аколита? Прерогатива экстерриториальности нерушима – недаром я ее специально добивался, – добавил чужеземец, непонятную для присутствующих фразу.

– Никто и не собирается, нарушать ваши права, – покачал головой Геронтий Тавр. – Но вы хотите судить и казнить подданого Империи, полноправного римского гражданина. Этот человек не рус! И вы над ним – не имеете власти, – указывая на Феодора, четко произнес ромей.

Алексей про себя крепко выругался. Византиец, своим настойчивым упрямством, сам не понимая того – вел дело к трагедии. Просто не оставляя князю выбора. Уступить грекам прилюдно и отпустить провинившуюся парочку – он теперь не мог. В его душе закипел гнев, однако на лице, появилась лишь ехидная улыбка.

– Аборигены средневековья, вздумали тягаться в софистике с искушенным жителем XXI века? – небрежно и непонятно бросил он. А потом, скептически добавил:

– Парень фактически признался, что был подсылом от ваших властей и нанес нам большой ущерб. Но не надейтесь, что за это преступление – судить его будете вы, все списав на грехи прошлой администрации. Ты Геронтий, похоже забыл, что Новый Рим – имеет мало общего со старым. Сейчас не времена Цезаря или Траяна. И защищать мощью всей державы, каждого своего «подданного» – ныне никто не будет. К тому же, разоблаченного и никому не нужного агента. И уж тем более, вступать из-за этого в конфликт с нами. Особенно в ненадежной, для нового Василевса ситуации. Так что не стоит, попусту сотрясать воздух.

– Хотя до этого, дело не дойдет, – иезуитски усмехаясь, сказал дальше землянин. – Зачем вашим властям, столь опасно рисковать или публично устраивать нелицеприятный скандал и терять лицо? Впрочем, я тоже не собираюсь усложнять положение. И заметь ромей – ты сам этого захотел!

Алексей жестко ухмыльнулся и издевательски промолвил:

– Русы не будут судить или казнить вашего «гражданина» – смертельно оскорбившего и обманувшего нас. Его никто не станет задерживать. И он может, спокойно удалиться с вами. Вот только тогда, его девушку непременно казнят. Литана – не является подданной Рима, к тому же – еще не отработала весь выкуп за свое освобождение и находится полностью в нашей власти. А главное – она, невольно совершила смертельное преступление против людей, которые избавили от рабства и приютили ее.

Землянин посмотрел на молодого человека, а затем перевел свой взгляд, на побледневшего Геронтия Тавра.

– Так что русы, наказывать лазутчика не станут. Ведь этот человек – гражданин вашего Рима! Он вне нашей юрисдикции! И я не буду нарушать местный закон, раз ты ромей на этом настаиваешь. Но если парень, не пожелает ответить перед нами за свое злодеяние – то вся вина за вредительство, падет на обманутую им девушку – которая и понесет заслуженную кару. Однако теперь, поскольку мы не имеем права судить и карать его, то этому соглядатаю – придется самому казнить себя. Совершив смертный грех самоубийства. Если, конечно, он хочет спасти свою невесту. И перед ним теперь, стоит страшный выбор – но видит Бог, не мы привели его к этому ужасному концу.

Все вокруг оцепенели.

– Не торопись Алексий, – сделал последнюю попытку, избавить от гибели своего воспитанника начальник секреты. – Насколько мне известно – у германцев и славян, за обиду либо ущерб, можно выплатить вергельд или отдать виру. И таким образом, удовлетворительно для всех разрешить конфликт.

Геронтий Тавр, обвел взглядом русов и озвучил свое предложение:

– Назовите свою цену, необходимой компенсации?

Князь переглянулся со своими ближниками и тяжело вздохнул:

– Ты неплохо осведомлен, про обычаи северных народов ромей. Но знаешь далеко не все. А о наших законах, похоже вообще - не имеешь представления.

Алексей пристально посмотрел на грека и веско проговорил:

– Не все продается, что покупается. И не всякую обиду, ущерб или смерть – можно выкупить. Измену и вероломство – никто и нигде не прощает. Иначе любой человек будет знать – что можно предать и обмануть своих, доведя их до уничтожения или позора, а в случае разоблачения - просто откупиться. Попустительство в этом – ведёт к гибели любое племя или державу. Запомни ромей – нет греха большего, чем неблагодарность и предательство доверия. Изменники горят, в самом глубоком девятом кругу ада.

– Но он не был русом, по этому не является изменником! Да и меня, Божедар не предал! – в отчаянии воскликнула Литана.

Украинец сокрушенно покачал головой и с жалостью посмотрел на девушку.

– Он обманул спасших вас людей, нарушил свои обещания не наносить вреда и предал доверие русов. Да и твое тоже, – хмуро ответил землянин.

Чужеземец повернул голову и мрачно посмотрел на парня.

– Ну, и какой будет твой окончательный выбор? – холодно спросил князь. – Ты можешь свободно уйти, вместе со своими ромеями. Судить и карать тебя, формально мы не имеем права. Правда тогда девчонка, будет немедленно казнена.