— Но ведь тигры оранжевые, — не сдавался Серёжа, — и они живут там, где бывает снег.

— И всё равно, — сказала мама, — он слишком необычен для этих мест.

— А может быть он один, — тихо сказала Варя, — совсем один такой.

— Это было бы слишком грустно, если бы такой очаровательный малыш был бы совсем один, — сказала мама. — Я уверена, что у него где-то есть семья, друзья, родственники. Его стая. Настоящая.

— Мы его настоящая стая, — упрямо сказал Серёжа. — Мы его спасли и мы его друзья.

— И это очень хорошо, — деликатно согласилась мама. — Маленьким и слабым всегда нужно помогать. А вот и папа, слышите?!

Тяжело дышащий папа, а за ним, ещё более тяжело дышащий Степашка зашли в дом. Стёпа тяжело упал на свой коврик и больше не двигался. Его короткие лапки были неприспособленны для таких быстрых прогулок, и он еле добрался обратно. Папа тоже был измотан и никак не мог ничего выговорить, а только размахивал руками, а потом вытащил из сумки пластиковую бутылку с чем-то белым.

— Молоко, — удивилась Варя. — Ты привёз молоко?

Папа утвердительно закивал головой.

— Но у нас есть молоко!

— Это… козь…е..

— Козье?

— Да… Оно…оно…

— Оно гораздо полезнее и жирнее коровьего, — сказала мама. — Когда вы были маленькие, я часто покупала вам козье молоко в деревне.

— Гадость, — поморщился Серёжа.

— Вкусное, — сказала Варя.

— Так ты в деревню ездил, дорогой?

— Так, — ответил папа, отдышавшись. — Я видел объявление на заборе о продаже молока, когда мы катались сегодня на велосипедах и решил заехать. А Стёпа увязался за мной. Мне пришлось немного сбавить скорость, а на обратном пути, откуда не возьмись, выскочили деревенские собаки и бросились на него.

— Ужас, — сказала мама, — с вами всё в порядке?!

— Да, всё хорошо, — ответил папа. — Стёпа не испугался, и мы вместе прогнали их, но пришлось задержаться. Как малыш?

— Дремлет, но ты как раз вовремя.

— Отлично. Кто желает покормить Счастливчика?

— А что вы все на меня так смотрите, — сказала мама, слегка розовея под взглядами ребят. — Почему я?

— Нам всем кажется, — хитро сказал папа, — что тебе очень хочется…

— Вечно вам что-то кажется, — сказала мама, тщетно пытаясь скрыть улыбку. — Но я согласна.

— Ура! — закричала Варя. — Мама любит Счастливчика!

— Я ничего такого не говорила, — пыталась оправдаться мама, но Варя не слушала и весело хлопала в ладоши.

— Хорошо, — сказала мама, — но таком случае, мои дорогие, мы всё будем делать по правилам. Принесите мне, пожалуйста, бутылочку, только ополосните её сперва кипячёной водой, платочек, на случай, если малыш будет есть не очень аккуратно и старую пелёнку, они лежат в нижнем ящике комода, я расстелю её на коленях, чтобы не запачкать платье. А ты, — обратилась она папе, — займись, пожалуйста, новым домиком для Счастливчика. Даже если нам и придётся расстаться с ним, никто не сможет нам сказать, что мы дурно обращались с малышом.

— Отлично — сказал папа, потирая руки. — Все всё слышали? Тогда за дело. И… кто-нибудь видел мои очки?..

Следующие два дня, папа практически не спускался со второго этажа. Когда ребята поднимались туда, то они заставали его за изучением различных книг и энциклопедий, которыми был устлан весь пол большой комнаты. В самом центе, стоял домик со Счастливчиком, и папа время от времени подходил к нему с очередной иллюстрацией и придирчиво сравнивал малыша с рисунком, но ничего даже сколько-нибудь отдалённо похожего не находил. Он сам кормил кроху и иногда тот засыпал у него на коленях, а иногда, прямо на страницах какой-нибудь большой книги. Они так сдружились, что Варя начала немного беспокоится, что малыш забудет её, но он каждый раз был рад её видеть. Козье молоко творило чудеса, и малыш быстро рос и набирал вес — каждое утро, перед традиционным полуденным кофе, папа взвешивал его на старых весах, на которых они отвешивали ягоды для варенья. После обеда мама поднималась к папе, и они подолгу обсуждали что-то, весело споря, и оживлённо убеждая друг друга в чём то.

Ребята с тревогой прислушивались к их разговорам и гадали, что же будет с их питомцем, к которому они так привязались. Кажется, даже Степашка был взволнован и тоже слушал, о чём говорили хозяева. При каждой возможности он вылизывал Счастливчика с ног до головы и пытался играть с ним, но тот ещё был слишком мал и только обнимал Степашку и дремал, прижавшись к нему. На рассвете третьего дня, когда ребята проснулись и вышли на веранду, домик с малышом стоял там. Это означало, что папа не взял его наверх для изучения и судьба Счастливчика решена.

— Я боюсь! — сказал Варя, гладя сонного малыша. — А вдруг его отдадут, и он попадёт к плохим людям или в плохой зоопарк?

— Я тоже боюсь, — признался Серёжа, — но я уверен, что папа этого не допустит.

— Бедненький мой Счастливчик, — сказала Варя, — целуя малыша в нос. — Я так хочу, чтобы ты остался с нами!

— И я, — сказал Серёжа. — И знаешь…

— Что?

— Если они решили отдать его, то я его опять спрячу и не отдам! — решительно сказал слегка побледневший мальчик.