Шрифт:
— Что?! — воскликнула Варя, но увидев какое серьёзное лицо у мамы, быстро забралась в кровать и накрылась одеялом.
— Всё, — сказала мама и выключила свет. — Всем спать. И тебе тоже — художник.
— Слушаюсь, мой генерал! — сказал папа и неожиданно подхватил маму на руки и прокружился с ней несколько раз. Дверь закрылась, и ребята услышали, как мама смеётся и что-то говорит папе, а тот смеётся в ответ. Когда всё стихло, ребята сели на своих кроватях.
— Как там Счастливчик, — спросила Варя.
— Хорошо, — сказал мальчик. — Уснул.
— Ему понравился мой шарфик?
— Кажется да.
— А как ты думаешь, — спросила Варя, которую весь день мучал один вопрос, — когда он вырастет, мы сможем оставить Счастливчика у себя.
— Я не знаю, — вздохнул мальчик, который тоже об этом думал. — Мне кажется, мама не разрешит.
— Вот и я не знаю, — ответила Варя. — Я бы очень хотела.
— Я тоже, — сказал мальчик. — Думаю, они бы подружились со Степашкой.
— Конечно, — хихикнула Варя, — с ним даже волнистые попугайчики дружат!
— Точно, — улыбнулся в темноте Серёжа. — И кошки.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи и если услышишь что-нибудь, сразу буди меня!
— Хорошо, — сказала Варя, зевая, — и ты меня, буди…
Тем временем, в прихожей, на своей подстилке шумно устраивался спать Степашка. Он упорно скрёб подстилку своими лапками, словно пытаясь прорыть в ней ход, потом сто раз крутился на ней волчком, и лишь затем укладывался, чтобы ещё минут пять вздыхать и кряхтеть как старый гном. В последний момент он шумно выдыхал и засыпал мертвецким сном, только изредка дёргая задними лапками и тихонько скуля, потому что он, как и ребята видел сны.
«И зачем только нужны эти долгие посиделки на кухне, если всё равно мне ничего больше не дают покушать? — думал Степашка, устраиваясь на своём коврике. — Несправедливо… Вот если бы я тоже мог сидеть за столом и есть пирог, это было бы здорово!..»
Стёпа представил себе как он чинно сидит между Варей и папой на специальном стульчике и ему на тарелку кладут большой кусок пирога и наливают сладкий чай в блюдце. Картина была такой реальной, что Степашка даже ощутил на секунду запах пирога и чая и у него потекли слюнки.
«Да, — подумал он, окончательно укладываясь и закрывая глаза, — это было бы превосходно… Только вот пирог нужно делать не с яблоками, с сосисками, так ведь гораздо вкуснее!.. А вместо чая, в самовар нужно наливать куриный бульон… Да, так будет лучше… определённо лучше… да…»
Глава 6
— Варя, Варя, проснись!
— М-м-м, — пробурчала Варя. — Я не хочу в школу…
— Какая школа? Проснись!
Варя с трудом открыла глаза и с удивлением посмотрела на трясущего её брата.
— Тссс, — прошипел он, приложив палец к губам. — Счастливчик проснулся.
— Как проснулся?
Варя села в кровати и протёрла глаза.
— А вот так, — шептал мальчик. — Я слышу, он мяукает там, внизу, под домом.
— Ты уверен, — спросила Варя. — Я ничего не слышу.
— Уверен, — сказал Серёжа. — Я уже давно проснулся. И Степашка слышит и скребётся наружу… Нужно что-то делать.
— А сейчас сколько время? — сонно пробурчала девочка.
— Три часа, — сказал Серёжа.
— Так рано! — воскликнула Варя.
— Да, — кивнул брат.
— Он, наверное, проголодался, — сказала Варя.
— Наверное, — согласился мальчик. — Ты со мной?
— Конечно, — решительно ответила Варя, соскакивая с кровати. — Только мне надо одеться.
— Не шуми, а то Степашка и так, кажется, всех уже перебудил.
— Хорошо.
Ребята быстро оделись и осторожно открыли дверь на погружённую во мрак веранду. Степашка радостно подбежал к ним, топая как маленький бегемот, и громко чихнул, ткнувшись Серёже в ноги.
— Цыц! — прошипел Серёжа, но было уже поздно.
Дверь родительской комнаты приоткрылась и похолодевшие от страха ребята услышали сонный папин голос.
— Что тут такое? Стёпа, ты чего хулиганишь, а?
Ребята вжались в стенку и затаились. Стёпа подбежал к высунувшемуся папе, и они услышали, как папа потрепал его по голове.
— Ну, что, поросёнок? Чего не спишь? Услышал что-то?
При этих словах, Варя сжала руку брата и чуть не вскрикнула. Но Стёпа только ласкался к папе и легонько фыркал, приглашая его поиграть с ним.