— Бинго! Да вы просто Шерлок, мистер! — перебила Энн. — Умерли-умерли, не на Гавайи же они укатили. Сначала я жила у тётки, а когда пришли последние страховые выплаты, эта алчная сука выкинула меня на улицу. Я уже тогда довольно хорошо рисовала, начала подрабатывать, расписывая стены кафе. Год жила, перебиваясь с хлеба на воду, потом смогла позволить себе регулярно есть… — она задумчиво посмотрела на врача. — Вы знаете, что такое отчаяние, мистер врачеватель душ?

Молчание было ей ответом.

— Молчите… — мрачно протянула девушка. — Конечно, куда уж вам. Отучились на папочкины деньги в престижном колледже, сидите тут, в своём чистеньком кабинете и с презрением смотрите на такие отбросы, как я. Вы знаете, что такое, когда не хочется просыпаться? Когда каждый столб, каждый мост и проезжая часть кажутся единственно возможным выходом из всего того дерьма, которое некоторые называют «моя прекрасная жизнь»?! Ни хрена вы не знаете! — рявкнула она.

— Энн, давай ты прекратишь фантазировать на тему того, как прошла моя молодость и как я оказался в этом кабинете, — голос врача был спокойным и уверенным. — Мы говорили о тебе. Итак, пятнадцать лет, и ты в отчаянии пытаешься спрыгнуть с первого попавшегося моста прямо на магистраль, полную летящих авто. Дальше.

С минуту Энн зло смотрела на мужчину, но тот лишь холодно улыбнулся.

— Не проймёшь, Энн. Слишком долгая практика.

— Ладно… плевать, — Энн устало упала вглубь кресла. — Я действительно несколько раз предпринимала попытку покончить с собой.

— Почему не довела до конца?

— Пугалась… Фак… Каждый раз боялась сделать себе больно. Умирать тоже боялась, — она закрыла глаза и шумно сглотнула.

— Честно. Ты сильный человек, Энн. Без сомнения, — тихо проговорил доктор Майерс. — Идём дальше.

— Я продолжала расписывать стены захудалых кафешек. Мне платили едой. Иногда давали переночевать. Этого было достаточно. Другой жизни, по сути, я и не знала. Но однажды… — голос предательски дрогнул. — Однажды появился Зак…

— Твой друг?

— Друг… — Энн истерично рассмеялась, а потом затихла на несколько минут. — Я стояла на мосту. Он подошёл… Потом он признался, что, увидев меня, просто захотел трахнуть, но сначала нёс какую-то душеспасительную муть. Говорил, что понимает моё состояние и что у него есть решение этой проблемы…

— Он говорил о наркотиках? — уточнил доктор Майерс.

— Да… — Энн нервно закусила ноготь на большом пальце. — Привёл меня к себе на квартиру, сунул в руку таблетку и сказал, что мне станет очень хорошо, а на утро я проснусь новым человеком.

— Ты её выпила, и потом…

— А потом Зак сделал то, что хотел. Долго имел меня во всех известных миру позах.

— Ты пыталась сопротивляться?

— Зачем? — Энн непонимающе посмотрела на мужчину. — Мне с ним было хорошо. Мне было где жить и что есть, я перестала думать о том, что последняя родственница выкинула меня на улицу подыхать, — Энн снова задумалась. — Потом мы стали ругаться… Много и сильно.

— Он бил тебя? — врач быстро пометил что-то в лежавшем перед ним блокноте.

— Так, слегка… — Энн безразлично мазнула взглядом по столу. — Толкнуть мог, пощёчину отвесить. Потом я нашла хорошую работу с проживанием. И ушла.

— Сколько вы были вместе?

— Четыре года.

— Ты всё это время принимала наркотики?

— Волнообразно, но… да, — Энн машинально несколько раз мазнула большим пальцем по ноздре. — Иногда совсем немного, а порой жила от прихода до прихода.

— Когда ты ушла от Зака, ситуация с приёмом наркотиков не улучшилась?

— Когда ушла, много работала. В какой-то момент я практически не торчала. Могла на ночь заглотнуть пару колёс… Новая работа увлекала, я стала хорошо зарабатывать, нормально питаться, записалась на дизайнерские курсы, а через год я познакомилась с Шенном…

— Эта встреча сильно повлияла на тебя?

— Ещё бы. Брутальный красавчик, без пяти минут звезда. Смотрит на меня с нескрываемым восхищением. Ну кто устоит? — усмехнулась Энн. — В постели он так же хорош. Вспоминаю, и дрожь по всему телу…

Девушка нервно облизнула губы. Доктор Майерс подвинул на край стола стакан воды и кивнул. Энн подошла и сделала несколько глотков. Руки заметно дрожали.

— Секс имеет значение, да? — задумчиво проговорил доктор.

Взгляд девушки изменился. Она медленно опустилась на колени, кладя руки на подлокотники докторского кресла.

— Хотите проверить, что я умею, док? — Энн протиснулась грудью между его ног. — Ну же, не стесняйтесь. Я же вижу, как вы на меня пялитесь. Разбавим вашу унылую идеальную тоску, секс — не наркотики… м?