Пинк выпустил посадочные опоры и сел на продолговатую, выступающую над морем скалу. Карл наблюдал за этим, стоя на безопасном расстоянии. В середине гантели открылся стыковочный шлюз, и оттуда вышел Пиксель в сопровождении десяти человек команды. Корсары — или «космические волки», как их прозвали во многих мирах — не заметили мужчину в форме имперского офицера. Вокруг было темно, и свет горел лишь в маленьких окнах корабля. Рядом с капитаном в красной куртке шагал здоровый громила в футболке цвета хаки и черных штанах. Он был на две головы выше Пикселя и на одну — Птитса. «Это, должно быть, боцман», — решил Карл.

— Я схожу к дяде Сэму за вознаграждением, — громко сказал Пиксель, — а потом, Босс, отметим наше первое задание в таверне! — обратился он к здоровяку.

Босс? Не тот ли Босс, который сражался на арене в тюрьме? Наверное, в этой же команде были Михаил и тот, чьё имя или прозвище Карл подзабыл. Кажется, его звали Антимонах? Или Антимонтёр.

Пиксель направился во дворец по дороге мимо ферм, а Карл скрылся в джунглях. Немного отдалившись от корабля, он достал из кармана статуэтку ангела, повернул её голову и тихо заговорил в микрофон на её шее:

— Миледи, сегодня на службу поступил корсар Пиксель. Я о нём слышал от Лорда Ариана.

— Мы сможем его использовать в своих целях, Лорд Авис, — раздался в ушной рации голос Ребеллии, — даю тебе задание: тебе нужно втереться к нему в доверие.

— Да, миледи. Понял вас.

Корсар вернулся к кораблю и теперь что-то обсуждал со своей командой, собравшейся у шлюза. Изнутри вышли ещё четыре корсара, которые прежде были заняты посадкой и техническими работами. Затем все пятнадцать человек дружно направились к таверне. Карл собрал всю свою волю в кулак, вышел из тени на свет фонарей и сказал:

— Привет, ребята!

Пятнадцать человек изумлённо посмотрели на него — что этот вояка в мундире вообще тут делает? Карлу от этого стало сразу же не по себе. Корсары и военные недолюбливали друг друга, и обычно офицеры даже подходили редко к «космическим волкам», если у них не было приказа или поручения. Но это в большей степени касалось служащих Имперского Флота, вынужденных делить космос с вольными торговцами и разбойниками.

Пиксель приблизился к Карлу и окинул его взглядом:

— Ты ведь адъютант дяди Сэма?

Карл оценил, как остроумно корсар прозвал глизеанца. Дядя Сэм был символом какой-то державы Древней Земли — то ли Великобритании, то ли Израиля, то ли Соединённых Штатов Америки. Вот только его изображали высоким худым стариком с козлиной бородкой, а не толстяком в полном расцвете лет.

— Он самый, — Карл старался изобразить непринуждённость.

— Это он тебя послал? — лицо Пикселя было в нескольких сантиметрах от лица Карла, — тогда убирайся отсюда, мы тебе не рады! — и корсар развернулся, дав команде знак идти.

Наглость по отношению к военным — не редкость для «космических волков», особенно если их пятнадцать против одного офицеришки.

— Да нет же, парни, — Карл добродушно, но неловко улыбнулся, — я хотел бы отметить с вами первую победу на новой службе.

Пиксель остановился и повернул голову к офицеру.

— Ладно, — пожал плечами он, — только пить будем за твой счёт.

— Без проблем, камрад! — Птитс изо всех сил изобразил фамильярность, свойственную корсарам.

«Космические волки» говорили в основном о первом вылете на новой службе. Судя по всему, пираты прилетели, но стреляли немного и отступили в гиперпространство под натиском корабля Пикселя и имперских звездолётов. Как понял Птитс, из всей команды самыми близкими друзьями Пикселя были старший помощник Босс, который комплекцией и короткой стрижкой напоминал Хардред, и ещё два пирата. Оба светловолосые, только один среднего роста, а другой — высокий. Первый, которого звали Михаил Искандер, скорее всего, был рулевым, а второй, Антимон, врачом — он постоянно говорил о «веществах», а наркотиками на пиратских кораблях обычно заведовали медики. «Вся тюремная братия в сборе», — подумал Карл, — «не пригласили только Цапфера, Грюнвальда и Хелен».

Таверна «Амелия» располагалась между городком и фермерскими участками. Она представляла собой длинное фахверковое здание с коричневой черепицей. На первом этаже находился зал, а на втором — комнаты для постояльцев. В таверну вело два входа: один — со стороны строящегося космопорта, а другой — со стороны ферм. Компания корсаров вместе с имперским офицером зашла через первый вход и заняла сразу несколько круглых столиков. Изнутри стены были обиты светлой вагонкой. Лестница прямо над барной стойкой вела на второй этаж. В колонках на стенах звучало популярное среди астронавтов спейс-кантри. На большой плазменной панели по зелёному полю бегали синие и красные точки футболистов — играли Лэрские Львы против Кашеринских Кабанов. Кроме новоприбывших, в таверне было мало людей — бармен, парочка солдат и инженер.

— Всем пива! — крикнул Пиксель, — светлого «Барана» или «Хайдеггера», но только не «Декстера»! И какой-нибудь местной рыбки к нему!

За три захода бармен принес пиво в больших стеклянных кружках и вяленую рыбу, пойманную где-то недалеко от острова.

— За будущие успехи! — Пиксель произнёс тост, перекрикивая спейс-кантри.

— За «Аркан»! — низким голосом подхватил Босс.

— За Зекарис! — продолжил Птитс.

— За губернатора Фокса! — крикнул то ли Михаил, то ли Антимон.