– Вы меня... извините. За то, что не послушался вас. Я знаю, это вы помогли всем. И мне. Я видел, как вы пошли на красную гору. Мне тоже хотелось... Я не мог.

– Ладно, - Костя подошел к нему.
– Все в порядке.

Нина схватила Сеню за руку.

– Пойдем к Правителю!

Однако им пришлось еще задержаться. Появился Брысь. Он подошел к своим квартирантам.

– Кажется, вы говорили правду, - он произносил слова, растягивая, с трудом.
– Наверно, я... уходил по ночам... мне... очень тяжело... говорить... Я перестаю... говорить... как люди... Я не... жалею... Если вернусь... домой... Там кошке... нельзя... говорить... А то посадят... в клетку и будут... всем показывать.

Подошел и Яшка. Протянул руку.

– Простите дурака. Будем друзьями.

Быть другом никто не отказался.

Все стали подниматься на красную гору. Новичкн опередили толпу. Они знали уже дорогу и подошли к пещере раньше других. Миновали большой зал, вошли в тот, где стоял трон соловья,

Чара встретила их радостным визгом. Нина погладила ее, прижалась ухом к двери. Из-за нее доносился храп. Костя повернул ключ, открыл дверь и... ребята застыли на пороге.

Посреди огромного зала на подушках лежал коротенький толстяк, одетый в белые штанишки с лямками. Из-за толщины трудно было определить его возраст. Во всяком случае, он был еще мальчишкой. Храпел он так, что пол под ногами ребят вздрагивал.

Костя сжал кулаки.

– Ух, дать бы ему! Жаль, что спит, лежачего не бьют. Ну, да ему и так хватит. Вон какой синяк на лбу!

В зал входили и входили ребята. Они громко разговаривали, а останавливаясь пред спящим Правителем, затихали. Когда все умолкли, сверху послышался дребезжащий старческий голос:

– Слушайте меня! Своим освобождением вы обязаны тому, что преодолели свою лень. Каждый из вас вернется домой так, как попал на остров. И запомните: для того, кто снова начнет лениться и убегать из дома, найдется другой остров.

Свистящий ветер ворвался в зал. Порыв был таким сильным, что все прикрыли руками глаза. А когда ветер стих, в зале остались только Нина, Костя, Сеня, Чара и спящий Правитель. Исчезли и бывшие лентяи, и кот.

– А мы?
– забеспокоилась Нина.
– Почему мы остались здесь?

Костя поднял указательный палец, произнес назидательным тоном:

– Каждый вернется домой так, как попал на остров. Понятно? Надо к морю идти!

Они спускались по красной горе, громко разговаривая. Теперь они боялись не Правителя, а жуткой тишины, что окружала их со всех сторон. У входа в тоннель остановились, в последний раз посмотрели на все, что оставалось позади. На огромный пустой дом, на красную гору и пещеру, в которой оставался одинединственный человек...

Нина поежилась.

– Как страшно!

– Страшно и... жалко, - сказал Костя.
– Хоть и противный тип, а жалко бросать одного...

– Мы ничего не можем сделать, - Нина тоже почувствовала жалость к толстяку.

– И не надо!
– Сенина злость еще не прошла.
– Проснется, увидит дом может, умнее станет. Пускай потрудится!

Нина подозвала Чару, которая бегала, обнюхивая траву и кусты, словно тоже прощалась с островом.

Проходить мимо пустых пещер было неприятно.

– Неужели все уже дома?
– Костя недоверчиво посмотрел по сторонам. Давайте заглянем в свою пещеру. Вдруг кот там!

– Не надо, - остановила его Нина.
– Никого там нет.

– Не надо, - сказал и Сеня.

– Как хотите.

Они спустились к морю. Солнечный свет переливался, дробился на ленивых волнах.

– Смотрите!
– закричала Нина.
– Это он!

У берега покачивался плот. Ребята запрыгнули на него. Даже шест был здесь. Тот самый. И рюкзак появился. Костя взмахнул шестом, воткнул в берег. В это время над ними закружилась птичка. Это был соловей. Он не говорил ни слова. Только пел. И ребята поняли, что он желает им счастливого возвращения домой.

Неожиданно налетел туманный вихрь. Он окутал остров, скрыл его от ребят. Плот рвануло и понесло в море.

– Держитесь!
– крикнул Костя.

Все ухватились за проволочное крепление плота. Одной рукой Нина держала Чару за ошейник. Плот кружило, швыряло то вниз, то вверх. Пошел дождь, крупный и густой.

Но недолго носился плот в ревущей темноте. Постепенно стих ветер, стал рассеиваться туман. Прекратился дождь, и показалось солнце.

Ребята поднялись, с молчаливым удивлением смотрели по сторонам. Плот качался на середине речушки. Они узнали Тушканку. Конечно, это была она.

Кипящие волны укатывались к берегам, остывали там, оставляя на траве и кустах белые клочья пены. Но и они моментально исчезали под солнцем, бледным маревом уносились в небо. Речка вздыхала устало и облегченно.

Все вокруг будто выступало из темноты. Сначала ребята увидели кромки берегов, потом прибрежные кусты, поля, лес и, наконец, потом светлое, светлое небо.

– Что же ты!
– Нина схватила Костю за руку.
– Давай побыстрей к берегу, а то нас опять унесет.
– Давай побыстрей!