— А сын что, с ним уехал? — прервал я поток красноречия старого китайца.

— Нет, пропажу сына она заметила только утром. А когда именно он сбежал, не знает.

— Такое уже бывало?

— Да. Маленький Джиан Линь довольно непоседлив и часто сбегал вслед за отцом. А если учесть, что он седьмой ребёнок, то уследить за ним практически невозможно.

— Маленький? — удивился я. — Сколько ему?

— Семь лет.

— Получается, что он вполне мог побежать вслед за Бэй Линем и всё видеть? Но тогда и его не оставили бы в живых.

— Джиан старался не попадаться на глаза отцу. Он сразу отправлял маленького негодника домой. Потому Юшенг с помощниками и отправился его искать. Вполне возможно, что у нас есть свидетель!

— Детишки — они все такие, — с неожиданной теплотой в голосе, произнёс вредный дед Скворцов.

— В любом случае, думаю что нам не стоит медлить и ждать Юшенга, — сказал Сильнов, задумчиво потерев подбородок.

— И что ты предлагаешь? — хмыкнул Василий Павлович Невзгодов. — Бегать по улицам всем родом и спрашивать, не видел ли кто чего-нибудь?

— Бегать не надо. А вот поспрашивать очень даже стоит.

— Лоскутов? — тут же догадался я.

— Лоскутов.

— Могу я узнать кто этот недостойный? — впервые подал голос Лао Хе. Вечно невозмутимый Богатырь стихии огня, явно был в подавленном состоянии из-за потери товарища. Но вся апатия словно испарилась, когда он услышал, что на ком-то можно выместить злость.

— Это боярин. Наш сосед по земельным угодьям. Вчера он жаловался на Бэй Линя княгине, — пояснил ему Александр Сергеевич.

— Вот только убивать мы ни его самого, ни его людей пока не хотим, — тут же вмешался я, видя как у Богатыря, в прямом смысле этого слова, загорелись глаза.

— Почему, господин?

— Нужно его допросить. Возможно, что он сам и не причём.

— Даже если он и не причём, то это всё равно хорошая возможность в очередной раз показать силу нашего рода, — неожиданно заявил боярский сын Кустов. — Но убивать никого пока не нужно. Тут ты, боярин, прав.

— Я соберу людей? — вопросительно посмотрел на меня Сильнов. Он, похоже, был полностью согласен с Кустовым. Да и я тоже. Так что кивнул.

— Нужно где-то полсотни бойцов. Но самых лучших. Чтобы могли скрутить людей Лоскутова, по возможности без вреда их здоровью.

— Я всё понял.

Штурм усадьбы прошёл настолько легко, что я лишь удивился, как боярин с такой слабой дружиной вообще решился пойти против моего рода.

Всего семь бойцов. И лишь один из них был слабым Стихийником воды. Лао Хе одним движением руки заключил его в огненную клетку, использовав столько Силы в её создании, что я осуждающе покачал головой. Но, видимо, он всего лишь дал выход собственной злости.

Остальные воины Лоскутова оказались низкоранговыми рукопашниками.

Сам боярин с двумя жёнами и выводком детишек заперся в большой спальне на втором этаже дома. К его чести, когда двери в спальню вынесли мои люди, он не выглядел сильно испуганным. Злым — да. А вот жёны и дети боялись.

— Что тебе нужно, Дёмин? — замер он с обнажённым мечом в руках, оставив семью за спиной.

— Северский, — привычно поправил я. — Ты, боярин, должен помнить. Не далее, чем вчера именно ты наушничал на моего Богатыря.

— И ты считаешь достойным из-за этого врываться в мой дом, Северский? — зло спросил Лоскутов. А мою фамилию он вообще словно выплюнул.

— После того, как этого самого Богатыря убили чуть ли не у твоих ворот? — сделал я вид, что удивлён. — Да, считаю.

— Что? — растерянно переспросил боярин. — Как убили?

— Насмерть.

— Господин, позволь я тут всё сожгу? — с холодным спокойствием в голосе, поинтересовался Лао Хе. И повёл рукой от одного угла комнаты, к другому, из-за чего стены моментально начали тлеть.

— Это не я! — выкрикнул Лоскутов. И вот теперь он выглядел испуганным.

— А кто? — вкрадчиво спросил я. — Кто тебя надоумил обвинять меня и моего человека?

— Васильев! — не раздумывая, ответил боярин. — Твой боярский сын!

— Лжёшь, паскуда! — проревел Сильнов, и вышел из-за моей спины. А стены, что продолжали тлеть, тут же стали покрываться ледяной коркой. Силён дядя Саша, ничего не скажешь.

— Не лгу! Правда это! Именем Перуна клянусь! — быстро-быстро заговорил Лоскутов. И даже бросил свой меч на пол, отступив на пару шагов.