— Кто это? — Ридли ненавидела себя за ревностное любопытство, что вдруг накатило на нее, и особенно ненавидела то, что так сильно хотела получить ответ на свой вопрос.

Женщина была высокой и худой, с длинными вьющимися каштановыми волосами. Ее смуглая кожа выглядела настолько ухоженной, словно она «отфотошопила» себя перед выходом из дома. В этот момент она непринуждённым, но отточенным жестом перекинула свои длинные волосы через плечо и улыбнулась Джексону.

Ридли возненавидела ее с первого взгляда.

Мара же развернулась и отошла от них, было заметно, как ее плечи были напряжены, а губы искривились в оскале.

Мэтт усмехнулся и бросил пустую бутылку пива в один из мусорных баков неподалёку:

— Это стерва — бывшая Джексона. Похоже, она уже разозлила Мару. Как обычно.

Ридли все так же внимательно наблюдала за тем, как Джексон скрестил руки, а его язык тела сообщал, что он определенно не хотел быть там.

Мисс «Фотошоп» явно не понимала этого потому, что продолжала придвигаться к Джексону все ближе и ближе, наклоняясь к нему, когда что-то говорила, даже в тот момент, когда он отклонился.

Ридли непроизвольно сжала кулаки.

Не думая о том, что она делает, она вдруг обнаружила, что движется в их направлении.

— …Мне жаль, что все так закончилось между нами, но я двигаюсь дальше и предлагаю тебе сделать то же самое. — С этими словами Джексон обернулся именно в тот момент, когда Ридли подошла к ним.

У нее пересохло во рту.

Бравада, которая заставила ее пойти туда, не распространялась на то, чтобы сказать что-то вразумительное, кроме как:

— Эй..! Мне было интересно, куда ты ушел?…

Другая женщина посмотрела на нее сверху вниз, но не протянула руку:

— Я Алана. Не думаю, что встречала тебя раньше.

— Приятно познакомиться. Я Ридли.

Джексон обнял ее и прижал к себе.

— Привет, малышка. Я не хотел бросать тебя. — Он прижался носом к ее волосам и приобнял за талию, по-хозяйски расположив на ней свою горячую ладонь.

Ридли кинула на него изумленный взгляд, но быстро скрыла свое удивление за яркой улыбкой. Ее пульс участился, когда она прижалась к груди Джексона. Она не должна испытывать такого удовлетворения, видя, как глаза другой женщины сузились при ласковом жесте, но испытывала. И оно ей безумно нравилось.

Если Джексон хотел, чтобы она подыграла ему, чтобы избавиться от прилипчивой бывшей, то она могла это сделать. В этом не было ничего особенного, несмотря на то, что ее либидо внезапно проснулось и стало вдруг отплясывать самбу. Нужно быть мёртвой, чтобы не реагировать на изгибы и игру мышц Джексона под тонкой рубашкой с короткими рукавами, которая была на нем.

Особенно, когда он держал ее так крепко, что она прижималась к его мускулам.

— Не беспокойся, все в порядке. — Ей удалось вытолкнуть из себя эти слова, в тайне надеясь, что ее голос не выдаст, на сколько, на самом деле, она была возбуждена.

Он пахнет невероятно! И так сладко!

— Я просто тусовалась с Мэттом и смотрела, как играют мальчики. Простите, я ненавижу быть скучной на вечеринках, поэтому, думаю, пойду наверх и прилягу.

Она решила, что это оправдание не хуже любого другого. Одно дело — играть влюбленных в течение нескольких минут, чтобы обмануть его бывшую, и совершенное другое — находиться так близко к Джексону слишком долго, не растекаясь лужей у его ног.

Без сомнения, они уже привлекли внимание.

Ридли оглянулась и наткнулась на ледяной взгляд Ника. Она улыбнулась ему, но он не улыбнулся в ответ.

В чем его проблема?

— Ты здесь живешь? — подозрительно спросила Алана. — Кто ты, одна из его маленьких кузин?

Ридли рассмеялась бы при любых других обстоятельствах. Она привыкла к критике. Когда люди узнавали, кто ее сестра, их первым вопросом обычно был: «почему ты выглядишь так»?

Она была невосприимчива к грубости в этот момент и, конечно же, не собиралась обижаться, когда критика исходила от женщины, которая выглядела так, как будто у нее были птичьи перья или что-то такое же смешное, прилипшее к ее ресницам.

— Да, я живу здесь.

Ирония состояла в том, что ей даже не пришлось лгать. В настоящее время она живет здесь и если ее сестра не передумает, позволить ей остаться в своем доме одной, она будет здесь, пока не вернется Рейна.

Рука Джексона ощутимо сжала ее талию прежде, чем он повернулся, чтобы посмотреть на нее. Благодарность плескалась в его взгляде, и Ридли заметила, как разгладились морщинки в уголках глаз, выдававшие его напряженное состояние.

В этот момент Ридли испытала всплеск горячего желания защитить Джексона.