Непонятным остаётся другое. Если кузнец или, судя по валяющейся в углу голове с косой, кузнечиха, осталась наверху, оборонять дом от соседей, перерождающихся в плотоядных тварей, то кто тогда сидит у них под полом, взаперти, придавленный сверху нагруженным железом ящиком, который не каждый мужчина с места сдвинет?! Интересные тут жители, людей в погребах держат…

Сундук сдвигали втроём. Если кузнечиха ставила его сюда в одиночку, можно только подивиться её невероятной силе. Хотя, сундук ведь можно было поставить и пустым, а уже потом накидать в него железа.

Откинутый в сторону половичок явил свету прямоугольную крышку погреба с металлическим кольцом вместо ручки.

Сколько же времени просидели там несчастные пленники, без еды и воды? В сознании они, или лежат там, из последних сил цепляясь за, ускользающую из истощенных тел, жизнь?

Рука ухватила холодное металлическое кольцо, потянула на себя. Сначала крышка не поддавалась, было такое ощущение, что кто-то держит, ухватившись за неё изнутри.

— Эй, открывайте, мы не сделаем вам ничего плохого! — Да что тут за изверги жили, если даже пленники боялись их до такой степени?! Или это не пленники…

Догадка, объясняющая всю ситуацию, пришла в голову, когда крышка, за которую вновь попробовал тянуть, неожиданно поддалась, словно скинув килограммов тридцать весу.

Не успел я распахнуть люк и на половину, как из открывшейся дыры выдвинулся острый наконечник копья и замер в каких-то десяти сантиметрах от моего носа.

Само древко копья сжимал в подрагивающих руках подросток, лет, наверное, двенадцати на вид. Черные волосы, худое, болезненно бледное, перемазанное тем же красным, лицо, но в карих глазах, помимо крайней степени усталости и испуга, читалась решимость. О ней же говорили и, сжатые в тонкую нить, губы паренька.

— Тихо, всё кончилось, мы не враги. — как можно спокойнее произнёс я, одной рукой продолжая держать крышку, а другой изображая успокаивающие жесты.

За спиной парнишки, в пятне, падающего сквозь открытую дверь, скудного света, видны были двое ребятишек, едва ли дотягивающих до пятилетнего возраста. Мальчик и девочка, если не ошибаюсь, при этом похожи друг на друга, словно отражение в зеркале. Близнецы, надо же!

— Опусти копье, мы пришли помочь. — проговорил, собрав в голосе всю возможную доброту. Можно было, конечно, попросту выдернуть оружие из рук мальчишки, а потом уже успокаивать. Но всё же хотелось сначала попробовать обойтись словами. Поэтому добавил, видя осунувшиеся лица малышей, и голодный блеск в их глазах. — У нас есть еда и вода.

Непонятно, почему бородокосый просто молча стоит рядом, даже слова не добавит к моим попыткам успокоить излишне воинственного юнца. Демьян то понятно, из него даже каленным железом слова не вытащить, но крестный всегда не прочь потрещать, а тут молчит чего-то.

И тут подросток сделал то, что от него никто, включая даже испугано хлопающих глазенками близнецов, не ожидал. Продолжая сжимать в руках древко копья и никак не прореагировав на мои слова, паренек вдруг закатил глаза и с тихим хлопком завалился на земляной пол.

— Уж седьмицу, почитай, как началося это. В ночь туман промеж изб по деревне пошёл. Ну туман то он туман и есть, чего дивиться то. Но тот туман непростой был, ох непростой! От него и пахло перекисшей брагой или чем ещё похужее, да и плохо многим стало, почитай у всех головы болели, будто той же браги перепили. — парнишка прервался, с благодарностью принимая, поданную крестным очередную кружку с Демьяновым взваром, подогретым на костре. Мы не стали торопить его с рассказом, видя, как жадно подросток хлебает из кружки.

Брякнувшегося в обморок парнишку и, прикрывающих глаза руками и щурившихся от света, похныкивающих малышей, вытаскивали из погреба на руках. При этом близнецов старались как можно быстрее выносить на улицу, чтобы те не успели разглядеть подробностей произошедшей в избе трагедии.

Сначала испуганная ребятня сидела тихо, казалось даже дышали через раз. Я пытался их отвлечь какой-то несущественной болтовней, показывал на пролетающих мимо птиц, но малыши отказывались идти на контакт. Потом внимание привлёк момент, когда бородокосый пытался привести в чувство паренька, брызгая ему на лицо водой, набираемой в пригоршню из стоящего рядом ведра. И то, что при этом ребятня как-то чересчур пристально следит за действиями крестного, особенно в те мгновения, когда его рука погружается в ведро за новой порцией воды.

Да они же пить хотят!

О том, что закрытые в погребе дети страдали от голода мы сообразили, поэтому Демьян по-быстрому организовал костерок и уже подогревал на нем кушанье для малышей. Но до такой простой мысли, что и воды у них в подполе может не оказаться, мы, балбесы, додуматься не смогли!

Через полминуты маленькие ручонки судорожно сжимали принесённые Демьяном кружки, словно боясь, что их могут отнять. От этого зрелища на глазах наворачивались слезы. Малыши пили, пили, пили и пили! Пожалуй, они бы лопнули, не останови мы это безостановочное поглощение жидкости.