Мари молчала, глядя на свои босые ноги. Она вспомнила, как Макс рассказывал ей о своем детстве.

Он говорил, что у него есть три старших брата. Говорил, что любил гулять, ходить с ними на рыбалку. Ссылался на болезнь, помешавшую ему пойти по стопам братьев.

Одна мысль вдруг кольнула ее. Мысль досадная и назойливая. Мари пыталась прогнать ее, но мысль не отпускала ее.

Она думала о том, что в чем-то он все-таки был искренним с ней.

Но почему, почему был он правдив в одном и так лгал ей во всем остальном? Мог бы и здесь сочинить какую-нибудь небылицу.

– Мари, я уже сказала, что есть некоторые обстоятельства, о которых, как мне кажется, вы не знаете. Речь идет о Максе. А также о вашем изобретении и о том, как им воспользовались.

Мари подняла глаза:

– Я знаю, как им воспользовались. Если он говорил правду, то французские военные использовали его как оружие. С помощью моего соединения они взорвали...

Мари замолчала, вся похолодев. Она вдруг поняла, что хотела сообщить ей Ашиана.

– ...английский корабль, – шепотом закончила она. Сердце ее тревожно заколотилось. Она вспомнила, что рассказывал Макс о том взрыве: больше сотни убитых, горстка уцелевших, получивших страшные ожоги... Ослепший капитан.

– Да, корабль его брата, – подтвердила Ашиана. В ее голосе слышалось страдание. – Французы уничтожили шхуну Джулиана.

Мари стиснула подлокотники кресла. Корабль его брата. Все то время, что Макс был с ней, он думал о брате.

Когда он рассказал ей о несчастье, она содрогнулась при мысли, что он мог создать столь ужасное оружие. А ведь это было ее изобретение, вызвавшее ту немыслимую трагедию.

Она чуть не убила его брата.

Как же он должен ненавидеть ее!

Холодная дрожь проняла ее. Лишь в эту секунду она поняла, почему он лгал ей, зачем обольстил ее. Она думала, что за его нежными признаниями и сладкими поцелуями стоят любовь и страсть, в то время как ненависть двигала им.

Ненависть и жажда мщения.

Нет, не игрушкой была она в его руках. Он знал, что делает: своими страданиями, а может и самой жизнью, должна была она расплатиться за страдания его брата.

Мари едва не задыхалась. Невыразимая мука стиснула ее сердце. А ведь она полагала, что исчерпала всякие чувства.

– Мари, – мягко окликнула Ашиана. – Если вы не верите мне...

– Нет, – выговорила Мари. – Я верю. Верю.

– Значит, вы понимаете, почему Макс согласился отправиться во Францию? – Ашиана смотрела на нее с надеждой. – Он желал предотвратить другую трагедию. Он понимал, что это страшное оружие...

– Он хотел отомстить тому, кто создал его. Бог мой! А ведь он гораздо лучший актер, чем я думала, – выговорила Мари с отчаянием. – Как он мог делать вид, что любит, когда так ненавидел меня?

– Мари, нет! Это не так!

Мари качала головой, почти не слыша Ашиану.

– А я-то считала его просто бессовестным соблазнителем, обычным шпионом.

, – Соблазнителем? – озадаченно переспросила Ашиана. – Что вы говорите, Мари! И почему шпион? Макс не шпион. Он вовсе не...

Она замолчала, перекладывая на руках дочку, а потом продолжила.

– Послушайте, Мари. Я не могу сказать, что было у него на сердце, когда он впервые встретил вас, но я знаю, что он чувствует сейчас. Он любит вас.

– Неправда! – выпалила Мари. – Ну почему вы все время лжете мне? Он не мог...

Он не мог полюбить меня. Мужчины не влюбляются в таких, как я, едва не закричала она. Я некрасивая. Во мне нет ни обаяния, ни элегантности. Я не умею быть легкой, не умею быть остроумной. От меня не пахнет духами, а только серой да минеральными кислотами. Во мне нет ничего того, что может вскружить голову мужчине. Я не похожа на вас.

Не похожа на Веронику.

– Он не любит меня, – сказала она со слезами на глазах. Ашиана огорченно вздохнула, но глаза ее по-прежнему излучали симпатию.

– Наверное, на вашем месте я сказала бы то же самое. Хотя... – Она улыбнулась. – Не так давно я была в подобном положении и говорила те же слова, какие говорите сейчас вы. Да... От этих д' Авенантов порой не знаешь, чего ожидать. Временами даже возникает желание взять в руки дубинку и как следует отколотить их.

Мари усмехнулась, утирая слезы:

– Звучит заманчиво.

– О-о, я уже сожалею, что подбросила вам эту идею.

– Что толку в идеях? Лучше спрячьте дубинку, если она у вас есть.

Ашиана расхохоталась, а затем, посерьезнев, сказала:

– Вы, наверное, опять не поверите мне, Мари, но я, кажется, понимаю, почему Макс полюбил вас. Вы с ним очень похожи.

Мари напряглась.

– Не вижу ни малейшего сходства между мною и лордом Максимилианом д'Авенантом.

– Зато я вижу. Он человек... – Ашиана задумалась на секунду. – Не знаю, как это лучше сказать... У него нежная душа.