Стрела с черным наконечником прошла прямо сквозь нее.

Стало очень тихо.

Освещенная первыми лучами утреннего света, Перхта в замешательстве вглядывалась в то место, где стояли Злат и Серильда.

– Она нас не видит, – прошептал Злат. – Завеса… она по другую сторону.

Охотница поняла это одновременно с ним. Она обследовала стрелу у себя в руке, затем осмотрела свои теплые ладони и пальцы.

– Она теперь… смертная? – замирая, спросила девушка.

Перхта рассмеялась. Теперь, когда жажда крови в ее глазах немного угасла, этот смех был больше похож на то, как смеялась сама Серильда.

– Что ж, кажется, моя месть снова откладывается. До встречи, мой принц.

Оправив плащ, она отвернулась и зашагала к Грейвенстоуну.

Злат уставился на Серильду.

– Что случилось там, в пещере? Темные теперь стали смертными?

– Н-нет, – неуверенно ответила Серильда. – Не думаю. Должно быть, дело в том, что Перхта оказалась в смертном теле. Но остальные… – Она поникла. – Велос знал, что так случится.

– А Эрлкинг? Он знал, что Перхта окажется с ним по разные стороны завесы?

– Понятия не имею. – Серильда прислонилась к стволу дерева, по-прежнему сжимая ясеневую стрелу в кулаке. – Я вообще пока не понимаю, что происходит.

– Я тоже. – И, после долгой паузы, Злат потрясенно прошептал: – Эта девочка – моя сестра.

В ответ Серильда крепко сжала его руку.

– Да. Ужас. Все это время она была тут, а я и не догадывалась.

– И я тоже. Она… невероятная.

– И грозная.

– Да, это точно. – Злат просиял, но тут же сник. – А я так и не успел рассказать ей, кто я. Или хотя бы спросить, как ее зовут.

– У тебя еще будет такая возможность. Мы снимем проклятие, Злат. И вы встретитесь снова.

Злат кивнул, хотя было видно, что слова Серильды его мало утешили.

– Как твое запястье?

Серильда осмотрела наложенную второпях повязку, но увидела на ткани лишь крошечное пятнышко крови.

– Я его почти не чувствую.

Она сказала чистую правду, хотя не была уверена, хороший это знак или нет.

– Я уверена, Эрлкинг не стал бы возвращать Перхту только для того, чтобы видеться с ней раз в месяц. – Серильда заглянула Злату в лицо, но он знал не больше, чем она сама. Вздохнув, она продолжила: – Нам надо идти. Попробуем убраться от Грейвенстоуна как можно дальше.

Злат тяжело вздохнул.

– И чем скорее мы доберемся до Адальхейда, тем лучше.

Серильда озиралась, разглядывая лес – узловатые сучья над головой, грибы размером с крышку от кастрюли, растущие гроздьями на поваленных бревнах, закрученный штопором папоротник и ползучие лишайники. Пахло дикими ягодами, глиной, прелой листвой и всем, что жило и росло вокруг.

– Кажется, нам сюда, – сказал Злат. Его голос звучал неуверенно, но Серильда знала дорогу не лучше него, поэтому они просто двинулись в путь.

Пробираться сквозь кусты было трудно и утомительно. Серильда радовалась тому, что на ней плащ, ведь без него она продрогла бы до костей, но каждый раз, когда он цеплялся за колючие ветви, ей казалось, что кто-то хватает ее когтями.

Спустя некоторое время Злат вытянул из рукава своей рубахи льняную нитку и дал ее Серильде.

– Вот, повесь стрелу на шею. А то если ты ее уронишь…

Он не договорил.

Да этого и не требовалось. Серильда и без того помнила, что чувствовала, когда ее душа покидала мир живых. Помнила, как отчаянно ей хотелось следовать за фонарем Велоса.

– Как ты выбрался из подземелья? – спросила она, взяв нитку у Злата и надежно обмотав ее вокруг стрелы чуть ниже оперения.

– Оружейница. Агата. Эрлкинг сказал ей, что собирается отпустить призраков и отдать их Велосу на Скорбную Луну. Но она попросила разрешения остаться. Она солгала ему, что ей нравится скакать с Дикой Охотой, а на самом деле хотела помочь мне. Я думаю, она понимала, к чему все идет. Она выпустила меня из подземелья, дала меч и рассказала, что вы с Эрлкингом ушли к вратам. Еще все время называла меня высочеством и спрашивала, смогу ли я ее простить. Я ничего не ответил. Думал, что это очередная ловушка и она собирается предать нас снова. А теперь… – Злат провел рукой по волосам. – Она и в самом деле пыталась искупить вину. Наверное, она действительно осталась бы с темными, как бы их ни презирала. Понимаешь, она отказалась от собственного шанса на свободу, чтобы помочь мне. – Он горестно вздохнул. – Надеюсь, теперь она пребывает в мире.

Серильда завязала нить на шее и спрятала стрелу под платье.

– Ее дух сейчас в Ферлорене. Там, где темные его уже не достанут. Она добилась того, чего хотела – все призраки свободны, и дети тоже. – Голос Серильды сорвался, и ее захлестнула внезапная печаль. До сих пор у нее не было времени оплакать свои потери. Вспомнить и осмыслить все, что произошло в той пещере. – Агата помогла тебе, принцу Адальхейда, и сделала это, находясь под властью Эрлкинга. Это невероятно, правда. У нее почти не было выбора, и все же она решила бороться.