Смотрю через плечо сквозь дождь и вывожу машину назад, на дорогу, наезжая одним боком на тротуар. Хорошо, что сейчас глубокая ночь.

Опять сражаюсь с рычагом переключения передач, и вот уже машина, содрогаясь, тащится вверх по дороге.

«Ты можешь ехать быстрее?»

— Пытаюсь, — отвечаю, стиснув зубы.

«Я полечу вперед, проверить, нет ли военных. Езжай прямо, я тебя найду».

И она исчезает.

Еду по дороге прямо. Неужели Келли не могла найти пустой дом с припаркованным к нему автомобилем с автоматической коробкой передач?

Вскоре она возвращается.

«К ним прибыло подкрепление. Они окружили больницу и расширяют зону поиска. У них собаки».

— Если они найдут дом, от которого мы угнали машину, то могут понять, кто это сделал. Нам лучше поторопиться.

«Едем в полицейский участок».

— Это немного необычно — ехать в полицейский участок на угнанной машине, но ладно.

Келли ведет меня по задворкам, время от времени улетая, чтобы сориентироваться на местности. Наконец приказывает мне остановиться на тихой улочке и подождать, пока она проверит, что с Каем.

Отсутствует она дольше, чем я предполагала.

Потом мчится обратно.

«Снаружи у полицейского участка армейский джип. Они пытаются вломиться внутрь, но я зашла, а там никого нет».

— Что?

«Их там нет — Кая и полицейского!»

— А где они?

«Откуда мне знать?»

— Ерунда какая-то. Полицейский не может увезти арестованного куда-то посреди ночи. Военные явно его еще не заполучили. Что происходит?

«Может, полицейский забрал его куда-то еще, вроде как неофициально».

— Зачем ему это делать?

«Он кому-то звонил и рассказывал про Кая, про тебя и про то, что ты выжила после гриппа, и армия требует твоей выдачи. И это его злило».

— Кому он звонил?

«Своему дяде, он редактор. А дядя собирался проверить что-то и перезвонить ему».

— Редактор… Типа, редактор газеты?

«Думаю, да».

— Вот это да. Может, полицейский увез Кая к нему. Где мы? Это Инвернесс? Какие у них тут газеты?

«Я не знаю!»

— Давай найдем магазин, где продаются газеты, и посмотрим.

«Погоди; я скажу тебе, куда ехать, чтобы не попасться военным».

Келли на минуту исчезает, потом дает мне указания.

Мы находим еще открытую станцию обслуживания. Захожу, радуясь тому, что в доме, от которого мы угнали машину, нашлась подходящая по размеру одежда, так что я не выгляжу ненормальной. Одежда мальчишечья, но с ремнем джинсы почти как раз. Ботинки слишком большие, но не клоунские, и с двойными теплыми носками смотрятся вполне прилично.

Пролистываю газеты, и мои догадки подтверждаются: нас отвезли в ближайший от места задержания город, Инвернесс. И, судя по всему, здесь выходят всего две газеты.

С улыбкой обращаюсь к парню, сидящему за кассой.

— Можно попросить у вас телефонную книгу? Бизнес-справочник сгодится?

— Да, пожалуйста, можно мне взглянуть?

Он шарит под столешницей и подает мне книгу. Нахожу адреса двух издательств и фиксирую их в памяти.

— У вас не найдется карт Инвернесса?

Парень достает, я запоминаю, потом складываю и отдаю назад.

— Вы это покупаете?

— Нет. Но за помощь спасибо.

Иду назад к машине, где меня ждет Келли, и забираюсь внутрь.

— Порядок, я нашла адреса редакций двух местных газет и знаю, как к ним проехать. Давай проверим их.

Машина скрежещет, потом срывается с места и катит по дороге.

— Кажется, я начинаю к ней привыкать.

«Ага. Я вижу».

В первой редакции темно и пусто.

Находим другую, паркуем машину, не доезжая здания. Уже часа два ночи, но сквозь жалюзи пробивается свет.

Вместе с Келли идем по улице, держась в тени. Огибаем здание и в темноте внутреннего двора видим полицейскую машину.

Бинго.

«Схожу посмотрю, здесь ли он», — говорит Келли. Через секунду возвращается.

На ее лице улыбка. «Кай дремлет на стуле. Полицейский там, спорит с кем-то — наверное, это его дядя, редактор».

— Попробую дотянуться до Кая, чтобы он знал, что мы здесь, — говорю я.

Закрываю глаза. Знаю, что Кай просил этого не делать, но разве мы не в чрезвычайном положении?