Шрифт:
“Я-я, меня-меня… Есть ли в этом мире хоть что-то, не относящееся к тебе, что интересует тебя, матушка?” – устало подумал Илберт.
– Я понял. ? теперь, будь добра, оставь меня. На вечер большие планы.
– Планы? Что ты задумал? – встревоженно спросила Аришия, подаваясь вперёд.
– По?ить для себя, а не для отбора. Тоже мне, преступление века, – фыркнул Илберт.
?ришия прищурилась, и ?аследник рода Ноэль понял, что его ложь стала очевидной. Почему-то врать матери никогда не получалось. Даже если недоговорки несущественны и очень близки к реальности.
– Неужели мой ледяной Илбертик наконец-то нашёл девушку, растопившую его сердечко? – Аришия картинно прижала ладони к груди и томно вздохнула.
Илберт с трудом удержался от того, чтобы не рыкнуть на мать. Хотелось вообще запустить в неё чем-нибудь. Например, этим ароматным куском лавандового мыла. Или вот этой мочалкой, но воспитание пальцем не задавишь.
– Ты сказала всё, что хотела? – устало спросил Ноэль-младший и потёр переносицу.
– Нет, не всё. Мальчикам вредно принимать ванну! Я тебе об этoм говорила.
В ответ он не удержался, закатил глаза. Как только аргументы заканчивались, матушка начинала апеллировать к здоровью. А значит, отступать Аришии дальше некуда.
– Говорила. А теперь оставь меня. Я устал.
– Илберт!
– Мама!
Их взгляды пересеклись,и противостояние превратилось в молчаливое. Никто не хотел уступать. Аришия желала узнать, кто из пяти отобранных ей претенденток заинтересовал Илберта,и построить великие планы по тому, как она, прекрасная леди Ноэль введёт девочку в их семью. Как расскажет о правилах, распорядке дня и том, чем должна заниматься следующая леди Ноэль. Илберт же отчаянно нуждался в одиночестве хотя бы на полчаса. Привести мысли в порядок перед встречей с Каммией было делом чести.
Когда борьба стала затягиваться, Илбеpт довольно потянулся, с вызовом глянул на мать и начал подниматься. Та побледнела, прикрыла лицо веером и поспешила удалиться. Страшно признаться, но голым своего ребёнка она не видела ни разу. После рождения ей вручили очаровательный белоснежный кулёк, перевязанный синей лентой, а после уходом занималась прислуга. Да и где это видано, чтобы приличная леди смотрела на голых мужчин?
Илберт обтёрся полотенцем и закутался в халат. Подойдя к широкому окну от пола до потолка, он посмотрел на сад. По прихоти Ингри ночью его стали украшать цветные огни. По мнению Илберта, глупость редкостная. Кому они нужны, огни эти? Понятно, в городе, там по садам и паркам могут прогуливаться горожане, а тут только семейство да прислуга. Что у тех, что у других времени на праздное шатание туда-сюда не наблюдалось. Особенно с появлением Ингри!
Но было что-то такое, что заставляло замереть, прижаться лбом к стеклу и, оставляя след от дыхания, смотреть на сад, любоваться этими покачивающимися сферами света. А потом Илберта осенило. Похоже, матушка и вправду была права,и его сердце впервые дрогнуло, отряхнулось от многолетней пыли и попыталось вернуть владельца из мира обязательств в мир реальный, в котором ещё и чувства есть, вообще-то!
“Чёртова девчонка! Так недолго и до настоящего брака договориться. Нет уж, дудки! Я сам выберу себе невесту. И какими бы замечательными не были эти пять девушек, ни одной не стать мне спутницей по жизни. Могут сказать спасибо ?ришии!”
Он лукавил. Врать самому себе с одной стороны сложно, а с другой проще простого. Ведь просто забываешь о каких-то маленьких детальках, и всё, картинка складывается так, как нужно новоявленному лгуну. Отрезав от собственного восприятия мира всё лишнее, Илберт пошёл собираться. Ведь он, хоть и не имеет титула, по натуре своей аристократ, опять скажем спасибо Аришии. ? значит, слово он должен дер?ать. Сказал глупость – так отвечай теперь. Да и что может понадобиться девчонке? Ну попросит денег, предложит в два раза больше, лишь бы отвязалась.
Кивнув своему отражению для уверенности, Илберт пошёл в комнату oдеваться. Проклятая привычка всегда выглядеть безупречно и в этот раз требовала надеть костюм.
ГЛАВА 24
В окно постучали. Каммия вздрогнула, вытянулась, недовольно хмурясь. Она, конечно, ждала гостей. Но кто в своём уме будет стучать в окно второго этажа? Это же опасно!
Степенно поднявшись, она подошла и раздвинула шторы. Из-за чисто вымытого стекла на Мию смотрел довольный Илберт. Он демонстративно постучал пальцем у замка, намекая на то, что самое время его впустить.
Щёлкнула ручка, и в комнату ворвался дурманящий ночной воздух. Густой, словно кисель, пряный, словно заморские кушанья.
– Доброй ночи, леди ?рвинт. Я уже думал, что так и останусь тут на лестнице, – усмехнулся совсем как мальчишка Илберт, опуская ногу на подоконник.
– Нормальные люди используют дверь, – осторожно заметила Мия, отступая в сторону.
– А ещё они не заключают странные сделки и не назначают тайные свидания. Идёмте, – Илберт протянул ей ладонь, намекая на то, что разговор будет проходить на улице.