До земли и вправду было метров тридцать и спускаться надо было по довольно крутой стене. Без веревки и соответствующей подготовки это выглядело бы самоубийством. Павел вернулся к трубе, он взял копье, намотал на него высохшую лиану и свой носовой платок и поджег. В дальнем конце пещеры они увидели лаз или ход. Он явно был сделан руками людей.

– Давай проверим, куда он ведет, – предложил Павел, взял Мэри за руку и потянул за собой. Ход уводил их все дальше и дальше от пещеры, под ногами скрипел песок и ползали какие-то насекомые. Мэри крепко держала Павла за руку и шла за ним, зажмурив глаза.

– Не дай бог наступить на какую-нибудь мышь, – думала она. – Тогда я закричу так, что Павел выронит наш спасительный факел!

Внезапно, к их облегчению, впереди показался свет. Они выбрались на воздух и оказались недалеко от проселочной дороги. Вдалеке виднелся деревянный столб с указателем.

– Ура! Мы в цивилизации! – воскликнула Мэри и побежала вперед. Павел отбросил потухшее копье-факел и последовал за ней. – Смотри, здесь судя по указателю, находится какая-то деревня. Мы точно где-то в Великобритании, – крикнула Мэри.

Поселение, куда они вошли через 15 минут хода, оказалось небольшой деревушкой. На центральной площади стояла церковь и что-то вроде административного трехэтажного здания. Жилые дома расположились вдоль главной улицы. На дворе был явно не 21 век. Судя по стоящим на привязи лошадям, они попали лет на сто назад. На улице было безлюдно, вдалеке пропел петух, ему ответила мычанием корова. На улицу выбежали куры.

– Нам надо быть осторожнее, – сказал Павел. – Не стоит говорить, кто мы. У нас странные наряды для этого времени, так что давай представимся супружеской парой из России или Америки. Так они не заподозрят ничего странного, а у нас будет время передохнуть, и найти выход.

Они решили представиться русскими путешественниками с громкой фамилией Морозовы. В этом им опять повезло, так как именно эта фамилия уберегла их от очередной передряги.

Войдя внутрь, они увидели просторный уютный паб, за столами которого сидели несколько мужчин и пили пиво. Внутри было накурено так, что топор можно было вешать. Павел чуть не закашлялся, но Мэри стиснула ему локоть и подтолкнула к барной стойке.

– Простите, мы путешествуем и немного заблудились, – сказал Павел грузному мужчине, наливавшему очередную кружку пива. Женщина разносила кружки по столам.

Чувствуя, что они привлекли всеобщее внимание, Мэри добавила с Лондонским акцентом, – Извините, у вас есть номер или комната на ночь, чтобы мы передохнули и помылись с дороги? И не могли бы вы сказать, где мы находимся?

– Вы в Ирландии, мэм, в деревушке Грендж, в двух днях пути от Дублина, -ответил толстяк, подозрительно разглядывая Павла. – У нас есть комнаты, но они стоят 2 шиллинга за сутки и включают полный пансион. Но деньги вперед, -добавил он с недоверием разглядывая их одежду.

– Так, фунт тогда – это 20 серебряных английских шиллингов. Каждый шиллинг – 12 пенсов. Выходит, два шиллинга, это очень дорого! – мелькнуло в голове у Павла. В свое время он увлекался историей монет.

– Извините нас за вид, нас обокрали в дороге. Посмотрите, не могли бы вы принять в качестве залога это золотое кольцо, – сказала тем временем Мэри, передавая его и улыбаясь так, что Павел заревновал бы, если это не был пожилой ирландец.

Тот взял кольцо, посмотрел его на свет и утвердительно кивнул.

– Ваш ключ, я оценю его тем временем. Возможно, вам понадобится одежда или вода, сообщите тогда моей жене. Ее зовут Бригитта, а меня зовут Джон Фоули. Как ваша фамилия сэр? – обратился он к Павлу.

– Я Павел Морозов, из России, а это моя жена Мария, мы путешествуем по Ирландии, – ответил Павел и быстро взял ключ.

– Очень здорово сэр, что вы из России, я сообщу нашим полицейским гардам про вашу неприятность, возможно они будут здесь проездом завтра утром. У нас и в самом деле на дорогах сейчас не спокойно. Что поделаешь, мировая война на дворе. С Россией мы вроде союзники и рады помочь вам.

Мэри попросила Бригитту принести воды, чтобы помыться и заказала обед в их комнату. Они поднялись на 2 этаж и зашли в свой номер. Не успела закрыться дверь, как Мэри притянула к себе Павла, и они упали на кровать. – Только тише, милый тише! – умоляла она его. Но и сама Мэри с трудом сдерживала свои стоны. Возбужденные пережитым, выжив и попав в это временное убежище, они пронесли через свою страсть все то, что называют могучим инстинктом продолжения жизни. Так хорошо Павлу не было никогда, и он на время потерял контроль над разумом.