Шрифт:
– Ну, просто там такой контингент будет... И забавы всякие разные... Не для домашних девочек, короче, - ухмыляется друг.
– Да ладно, брось, Ритка только со стороны кажется занудой, - отмахиваюсь я.
– А на самом деле она, значит, оторва?
– ржет он.
– Нет, не оторва, конечно... Но повеселиться тоже умеет.
– Да? А я думал, вы типа парочка ЗОЖников. Ты ведь при ней даже план не куришь, - смеется Кирюха.
– Мне казалось, она тебе запрещает.
– Че за хрень ты несешь?
– хмурюсь я.
– Кто мне может запрещать? Хочу - курю, хочу - не курю. Все зависит исключительно от моего желания.
– Ну, окей, - ухмыляется друг, но по его лицу я вижу, что он не особо мне верит.
На самом деле его намеки и издевки не беспочвенны. Сблизившись с Ритой, я действительно стал потреблять гораздо меньше дури, но совсем не потому, что она как-то этому препятствует. Просто рядом с ней мне и так хорошо. Наше общение, секс и даже разговоры наполняют меня эмоциями похлеще экстази, так что в ее присутствии я не нуждаюсь в дополнительных стимуляторах.
Конечно, периодически в обществе пацанов я покуриваю травку, но делаю это скорее по привычке и, как правило, в те дни, когда мы с Ритой не видимся из-за ее или моей работы.
42
Рита
Сегодня я в очередной раз делаю для Дениса манты. Он очень любит это блюдо и говорит, что ничего вкуснее в жизни не ел. Слышать такое из уст любимого человека очень приятно, хотя я подозреваю, что он мне льстит. Ведь лично я совсем не считаю свои кулинарные навыки выдающимися. Да, вкусно, конечно, получается, но до бабушки с ее шедеврами мне далеко, как до Северного полюса.
Денис уминает манты с воодушевленными причмокиваниями, а я просто смотрю, как он ест. Наблюдать за ним - сплошное удовольствие. Во время приема пищи он похож на молодого хищника: опасного, но жутко привлекательного. Денис совсем не манерничает, жадно впивается зубами в тесто, пачкается в соусе, а затем тыльной стороной ладони вытирает губы. Боже, какой же он красивый!
– Ты, смотри, не объедайся, - ласково поглаживая его по пепельным волосам, говорю я.
– Наверняка у Антона на дне рождения тоже будет масса угощений.
– Из жратвы там будут только пицца, роллы и прочая фигня. Меня такое не очень прельщает, - отвечает он.
Сегодня суббота, и Пеплов празднует свое двадцатилетие в каком-то загородном доме. По словам Дениса, намечается "дикая туса", и, если честно, идти туда мне совсем не хочется. На подобных мероприятиях я всегда чувствую себя не в своей тарелке, попиваю сок в уголке и жду окончания вечера. Но Денис полон желания повеселиться, и я как могу стараюсь разделять его боевой настрой.
Закончив ужин, он вызывает такси и, накинув куртки, мы выходим из дома. Но дворе ноябрь, но привычного холода и промозглого ветра нет и в помине. На улице комфортно даже без шапки, и я с улыбкой тяну носом по-осеннему теплый воздух.
– Там очень много народу будет?
– спрашиваю я, когда мы садимся в машину.
– Ну так, человек тридцать, может, пятьдесят, - жмет плечами Денис.
– Но ты не переживай, дом большой, так что места всем хватит.
Это, конечно, хорошо, вот только я переживаю вовсе не из-за нехватки места, а скорее из-за нехватки собственной уверенности. Но об этом решаю умолчать.
– Ты будешь пить?
– интересуюсь я, мягко касаясь его ладони.
– Буду пить, курить и развлекаться на всю катушку, - смеется он.
– А ты? Хоть бокальчик пропустишь?
– Не знаю, что-то не очень хочется.
– А мне нравится, когда ты пьяненькая, - лукаво улыбается Денис, очевидно, припоминая тот случай, когда я впервые попробовала Дайкири и с непривычки охмелела так, что решила организовать танцы на его журнальном столике.
– Да ну тебя, - я легонько толкаю его в плечо.
– Нет, правда, устроишь мне шоу еще разок?
– Вряд ли мои пьяные покачивания туда-сюда можно назвать шоу, - хихикаю я.
– Ты себя недооцениваешь, детка, - подмигивает он.
– Вот черт! Вспомнил и возбудился!
Он распахивает мою куртку, засовывает руку под толстовку и аккуратно сжимает пальцами грудь.
– Денис, мы же не одни, - шепчу я, косясь на водителя такси.
– Да я ж ничего такого не делаю, - сдавленно смеется парень, скручивая мои соски и касаясь языком шеи.
– Просто ласкаю свою девочку. Разве так нельзя?
Он медленно скользит вниз по ребрам, ловко расстегивает мне джинсы и кладет свою ладонь поверх белья. Низ живота мгновенно наполняется тягучей истомой, а с губ против воли срывает глухой стон.
– Денис, пожалуйста, я... Ох...
– Тише, - негромко командует он.
– Ты же не хочешь, чтобы нас высадили на трассе.
Я до боли закусываю губы, судорожно хватаюсь то за куртку, то за колено Дениса и изо всех сил стараюсь не закричать от наслаждения. Ну почему он такой сексуальной? Ему всегда удается завести меня одним только взглядом, одним касанием, одним плавным движением языка.