— Это она? — Алана наклоняется, чтобы проследить за моим взглядом туда, где сидит девушка Престона Кинкейда. — Вживую она выглядит лучше.

Я знаю.

— Быстро перекурим, пока собирается следующая группа? — предлагает наш друг Тейт. Он встает из-за стола, проводя рукой по своим растрепанным светлым волосам.

— Нет, мы остаемся здесь, — отвечает за нас Алана.

Он приподнимает бровь, глядя на меня.

— Куп?

И снова Алана — мой рупор.

— Купер сокращает потребление раковых палочек. — Она машет рукой. — Вы, ребята, идите.

Пожав плечами, Тейт уходит, преследуемый Уайаттом и подружкой Уайатта, Рен.

Как только они уходят, Алана переводит взгляд на меня.

— Дай мне послушать, — приказывает она.

— Что послушать?

— Твою игру. Скажи несколько реплик. — Она откидывает волосы и подпирает подбородок руками, глядя на меня саркастическими глазами лани.

— Отвали. — Мне не нужен пикап-тренер.

— Тебе нужен план, — настаивает она. Особенность Аланы в том, что, когда она во что-то вцепляется когтями, она склонна брать верх. — Ты не можешь просто подойти и положить свой член ей на колени.

— Да, спасибо, я в курсе. — Я допиваю остатки пива и встаю из-за стола.

Алана останавливает меня, опускает рукава моей черной рубашки и проводит руками по моим волосам.

— Это еще зачем? — ворчу я.

— Лучше так, — говорит она. — На всякий случай, если она ханжа. Татуировки отпугивают ханжей. — Откидываясь назад, она бросает последний оценивающий взгляд, прежде чем прогнать меня рукой. — С тобой покончено. Иди вперед и побеждай.

В этом и заключается проблема подружек.

Прежде чем подойти к столу моей знакомой, я быстро осматриваю комнату, чтобы убедиться, что Кинкейд где-нибудь не прячется. Не то чтобы у меня были какие-то сомнения по поводу матча-реванша. Однако ввязываться в драку в баре не входит в мои планы. Это сработает лучше всего, если я смогу проникнуть незамеченным, пока не станет слишком поздно вмешиваться. Завоевать ее еще до того, как он узнает, что враг находится за воротами.

Довольный тем, что сегодня она сидит без парня, я подхожу к ее столику. Уткнувшись лицом в телефон, она не замечает меня, пока я не похлопываю ее по руке.

— Привет, — говорю я, наклоняя к ней голову, чтобы она могла услышать меня сквозь музыку из динамика. — Тебе нужен этот стул?

— Нет. — Она не отрывает своего внимания от освещенного экрана. — Пожалуйста. — Когда я сажусь, ее голова дергается вверх. — Я решила, что ты просто перенесешь табуретку к другому столу. Но ладно.

— Заключи для меня пари, — говорю я, наклоняясь ближе. От нее приятно пахнет ванилью и цитрусовыми. Так хорошо, что я почти забываю, зачем я здесь. То, что она не отстраняется и не швыряет мне в лицо выпивку, — хорошее начало.

— Эм… какое пари? — в ее глазах мелькает враждебность, прежде чем выражение ее лица смягчается. Когда она окидывает меня пристальным взглядом, я знаю, что заинтриговал ее.

— А что, если я скажу тебе, что через час ты выйдешь из этого бара со мной?

— Я бы сказала, что восхищаюсь твоей ловкостью, но тебе лучше направить стрелу в другую цель.

— Значит, у нас есть пари. — удерживая ее взгляд, я протягиваю руку для рукопожатия. Я нахожу, что лучший способ по-настоящему узнать кого-то — это надавить и посмотреть, ответит ли он тем же. Заведи их и отпусти.

— У меня есть парень, — категорично говорит она, игнорируя мою руку. — Ты уже проиграл.

Я встречаюсь с ней взглядом. Нагло.

— Я не спрашивал о твоем парне.

На мгновение она опешила. Конечно, это так, потому что никто с ней так не разговаривает. И уж точно не ее тупоголовый парень. Цыпочки вроде нее привыкли к тому, что родители с ума сходят по каждому их желанию, а слуги прислуживают им. И когда представление обо мне оседает в ее сознании, я вижу момент, когда она решает, что я интереснее, чем то, что было в ее телефоне.

Она отключает его и отталкивает.

Так чертовски предсказуемо. Каждая богатая девушка из хорошей семьи задается вопросом, каково это, быть с парнем с другой стороны позолоченных ворот. Это самое близкое к острым ощущениям, которые они когда-либо испытывали.

— Это шутка? — Она оглядывается по сторонам. — Это Бонни тебя на это подговорила?

— Я не знаю никакой Бонни. Я Купер.

— Маккензи, — отвечает она, нахмурив брови, все еще крутя колесики, гадая, в чем подвох. — Но у меня действительно есть парень.