По прогнозам наших военных аналитиков Лирийские войска не должны были оказать сильного сопротивления, однако мы забыли о том, что многие солдаты (хорошо, что не все) давали присягу, скрепленную ментальными магами. Такая клятва действовала, как магическая, наказывая воина, если он дезертировал или не слушался приказа. Как только мы выяснили главную причину, по которой некоторые части лирийской армии не сдаются в плен, освобождение захваченных территорий пошло быстрее.

К сожалению, возникла еще одна проблема: в Бизарии оказалось слишком много пленных, а вывести их сразу обратно в Лирию не представлялось возможным. Капитаны Уроса не хотели бесплатно перевозить бывших союзников, а река Оберзоми осенью разливалась, и форсировать её было крайне опасно. Практически все мосты через реку были разрушены еще в самом начале войны, а три оставшихся не справлялись с большим потоком людей и грузов.

Всех пленных необходимо было кормить и поить, а еще следить за тем, чтобы солдаты не сбежали. Те военные части фанатиков, что не были связаны ментальной клятвой, дезертировали и, сбившись в отряды, разбойничали на дорогах, добавляя головной боли наместникам короля. Решение всех этих проблем требовало огромных усилий и прорвы денег, которых в казне государства, как всегда, не хватало.

И, тем не менее, в последний месяц осени город Волур был освобожден, а еще через неделю здесь же состоялось подписание мирного договора между Лирией и Бизарией. Подписывал соглашение со стороны наших противников Светлейший Сортас. Настоятель главного храма Лирии хоть и не умер от ментального удара Гакахала, но так до конца и не восстановился. Выглядел он уставшим и больным, и, казалось, постарел лет на десять.

В Лирии, по слухам, назревали беспорядки, поэтому Сортас хотел забрать пленных и заключить пакт о ненападении. Крепость «Двухглавую», захваченную в самом начале войны, нам отдали без боя.

Два дня назад мы с Флаем вместе с королем Маркелом, лордом Юстинианом, а также с целой группой военных и дипломатов прибыли в Гривстарн. А сегодня, в первый день зимы, его величество устраивал бал в честь подписания мирного договора. В столице после помпезной встречи на улицах города, нас ждал тихий семейный ужин. В Гривстарне нашему роду принадлежал особняк. Отец приехал заранее, привез Хельгу и мою служанку Лили. Нилна осталась в герцогстве и вот-вот должна была родить. Рарок очень надеялся, что мы не будем задерживаться в Гривстарне, и он успеет возвратиться к появлению первенца.

Кстати, и у нас с Флаем тоже ожидалось прибавление. Эур оказался прозорлив, через несколько дней после нашего странного брака, один из целителей диагностировал у меня беременность. Пока живот был совсем незаметен, но состояние здоровья не давало забыть о том, что внутри растет маленькая жизнь. Меня тошнило по утрам, вкусы в еде сильно поменялись, хотелось то селедки с малиной, то какао с чесноком. Настроение скакало от «как прекрасен мир» до «я сейчас всех поубиваю» по несколько раз за день. Хорошо, что я владела разными методиками, чтобы привести эмоциональное состояние в норму.

Увидится с близкими после долгой разлуки — просто непередаваемое счастье. Вчера мы половину ночи разговаривали с отцом. Мне казалось, что прошла целая вечность с того момента, как я покинула Палосское герцогство. Отец держал меня в курсе основных событий, регулярно присылая письма, но личное общение — это совсем другое.

Мы говорили и о предстоящем бале. Отец пребудет во дворец вместе с Хельгой. Её старший сын Бриян получил приказ прибыть на торжество для награждения. Молодому офицеру должны были вручить орден за смелость. Конечно, Хельга хотела посмотреть церемонию награждения отличившихся воинов, и папа добился приглашения и на неё тоже.

О нарядах для бала лорд Соннар, конечно, позаботился, заранее заказав два платья для меня и для Хельги, как папа пояснил по два на всякий случай. На удивление, наш счетовод не стала сопротивляться такой заботе, отец убедил её в том, что раз уж она его сопровождает, то и выглядеть должна соответственно. А это уж его забота. Кстати, на вопрос, как продвигается покорение Хельги, отец загадочно улыбнулся и заверил, что план у него есть, и скоро я сама все увижу.

И ведь не обманул!

Бал в честь заключения мирного договора получился грандиозный. Большой зал для тожеств трещал от количества приглашенных, глаза рябило от ярких нарядов гостей, уши страдали от гула голосов. Но эмоциональный настрой мне понравился. Большинство людей и дроу радовались окончанию войны и с надеждой смотрели в будущее.

На балу нас нашла Александра. Я не сразу сообразила, что высокий, импозантный мужчина в годах, который стоял рядом с ней, это Ондиил в новом облике. Княгиня вместе с сыном и телохранителем сразу после битвы на Цурновом поле возвратилась в Гривстарн. Когда королю стало известно, кто именно убил Лучезара, Маркел пожелал лично отблагодарить храбреца. Его величество обещал титул, положение, даже выгодный брак с нужной женщиной, но Ондиил попросил только меняющий внешность артефакт-пластинку. Уже тогда всем стало понятно, что дроу поедет в Окханское княжество вместе с леди Александрой. Лорд Юстиниан печально вздыхал: уж очень ему хотелось получить такого идеального разведчика, но, в конце концов, он смирился с выбором дроу.

После взаимных приветствий Александра, извинившись, увела в сторону отца и Хельгу. Совсем скоро княгине предстояло возвращать и восстанавливать страну. Если с первым пунктом особых проблем не ожидалось — его величество Маркел выделил оружие и людей в помощь княжеству, и партизаны ждали только сигнала для атаки — то со вторым этапом плана намечались серьёзные затруднения. Леди Эйтиранская сама убедилась в том, что отец — прекрасный хозяйственник, поэтому пришла посоветоваться. Завтра она планировала ехать на родину, вот и приходилось решать на балу важные вопросы.