И так, в виде противостояния кругу, родился орден Чернокнижников. И началась война.

Из книги появились темные фигуры, друг за другом они шли, выстроившись шеренгой, прикрыв голову шлемом и опустив забрало. Страницы наполнились другими людьми в светлых тогах, замерцали всполохи энергии, раздавались крики и стоны, в суматохе боя было не разглядеть, кто побеждает, а кого уже не спасти. Бумага плавилась от ударов, места битвы менялись, — дерущиеся переносились из деревушки на башни городов, на водную гладь средь пылающих кораблей, на пустынные снежные равнины и в оживленные леса. Бумага пропиталась кровью.

Чего Ворон не знал, это то что один из его ближайших учеников, — Змееяд, не был с ним абсолютно честен. Несмотря на то, что Змееяд проявлял исключительные способности к магии крови, был скуп на эмоции и безжалостен, он оставался верным слугой Магистрата и его засланным шпионом. Змееяд прошел через инферно и отравил проклятием свою кровь, как и все чернокнижники, но сохранил свет в душе, и когда представилась возможность, он нанес удар.

К одинокой фигуре Ворона подкрался убийца, тень в капюшоне и магическим кинжалом под накидкой. Ворон перевоплотился в птицу и на него камнем обрушился гордый ястреб. Они сошлись в схватке, полетели магические перья, за быстрыми движениями было сложно уследить. Когда бой был окончен, Ворон лежал на страницах без движения, он был мертв.

— Я больше не могу! — Простонала Алиса отстранившись.

Её глаза покраснели, а губы наоборот были белее мела, она тяжело дышала и жалобно посмотрела на меня.

— Извини. — Сказал я. — Я не уследил, — ты потратила слишком много сил.

— Нет, ты извини, Ментор. — Ответила она. — Я оказалась слишком слабой.

— Все нормально. — Улыбнулся я. — Чтение — это тяжелый труд.

— Но, я так и не узнала, чем все закончилось! Ворон погиб, а что стало со Змееядом? И как закончилась война?

— История Змееяда здесь завершается. А без своего лидера, чернокнижники оказались разобщены и не организованы, они проигрывали битву за битвой. Ведомые новым лидером они ушли в подполье и начали партизанскую войну против Магистрата. Она была более тихой, но не менее кровавой и растянулась еще на несколько десятков лет.

— Но как они умудрялись прятаться от Магистрата?

— Просто — они скрывались среди людей. Их способности позволяли им оставаться вне поля зрения магов.

Алиса хитро прищурилась и отпила эля. Потом задумчиво потерла подбородок.

— Что-то ты недоговариваешь, Ментор… Тогда что такое Жатва?

Я тяжело вздохнул.

— Жатва — это операция Магистрата по поиску и истреблению оставшихся чернокнижников. Кругу приходилось несладко, враг регулярно осуществлял нападения на филиалы и был неуловим. Но и это ещё не всё, оказалось, что их проклятие чернокнижников передается их потомству. В перспективе они могли наплодить и выучить новое поколение колдунов, и война бы никогда не закончилась, поэтому и применили крайние меры.

— Что вы сделали? — Спросила она, уже понимая, что ответ ей не понравится.

— Магистрат нарушил собственное правило. — Рассказывал я. — Они использовали людей. Всех, до кого могли дотянуться. Они написали книгу, которая имела влияние на любого, кто бы её не прочел. Они распространили её как можно шире. Одновременно с этим Башня Деи использовала своё внушение на веру, — маги-храмовники настроили церковь против любого проявления колдовства и магии. Началась всеобщая охота на колдунов.

— Как называлась книга? — Хрипло спросила она.

— Malleus Maleficarum. “Молот ведьм”. — Признался я.

— Тот самый “Молот ведьм”?! Библия инквизиции?!

— Магистрат повлиял на безумный геноцид, который мы знаем под охотой на ведьм, это правда. Они посадили идею, но не смогли контролировать всходы.

— Да уж! Погибли десятки тысяч!

— Магов и людей, да. Магистрат недооценил жестокость человека. Он заставил людей думать, что они в опасности, заперты в одной клетке со зверем. Остановить это уже было невозможно… Это и была Жатва, позорная часть магической истории.

— А что с чернокнижниками?

— Они оказались между молотом и наковальней. Если кто-то и выжил, то забился так глубоко, что и забыл о своем происхождении. Чернокнижники были уничтожены.

— Это акт насилия, сравнить который я могу только с фашизмом. — Сказала девушка.

— Твоя реакция понятна, и я не защищаю решение Магистрата ни в коем случае. Однако спешу напомнить, что история полнится подобными дикими проявлениями жестокости. Вовлекая человечество в войну, круг даже представить не мог, что произойдет. Они были напуганы и передали страх людям, вот и все.