Казалось, я не видела его очень давно, а на самом деле всего каких-то жалких четыре дня. И не слышала голос Никиты. Только во сне мы встречались и предавались страсти. Каждую ночь я просыпалась от своих же стонов, вся мокрая, дрожащая от возбуждения. Как такое могло случиться, что я готова была продать душу дьяволу, чтобы только почувствовать прикосновение этого мужчины к своему телу.

Его приезд застал меня врасплох. Я совсем не ожидала увидеть Никиту в столь поздний час. Был необыкновенно тёплый вечер, спокойный и почти безветренный. Я сидела на улице в беседке, почитывая книгу. Передо мной на столике стояла чашка с чаем. Тусклое пламя свечи переливалось желто-оранжевым светом, отбрасывая на завитые плющом стены причудливые блики.

Услышав звук захлопнувшейся дверцы машины, я вздрогнула. Кто бы это мог быть? Ксю, Зоя, Никита?

Услышала твёрдые шаги, направляющиеся к дому. Наблюдала за Никитой, оставаясь незамеченной. Я видела, как он остановился перед дверью. Некоторое время просто стоял, затем открыв дверь, вошёл внутрь.

Я поднялась с кресла-качалки. На мне была одета белая ночная сорочка. Одна из покупок Никиты. Я набросила на плечи плед. Не столько из-за прохлады, сколько для того, чтобы прикрыться.

Потихонечку вошла внутрь. Никита стоял на кухне и что-то выкладывал из пластиковых пакетов. Поднял голову, услышав, как открылась дверь.

— А, это ты, — он улыбнулся, но я заметила его усталый взгляд. — А то думал, куда ты запропастилась.

— Мне полюбилась беседка. Я там сижу по вечерам.

— Буду знать на будущее.

Мне стало чуть грустно от его слов. Будущее...

— А ты зачем приехал? — я смутилась. — Ну, я имею ввиду, почему так поздно?

Он хмыкнул. Уставился перед собой в стену.

— Черт знает. Мать напрягала, волновалась за тебя. Ну я и подумал, может, ты и впрямь подъела все запасы в доме и теперь сидишь здесь голодная и злая.

— Мог бы позвонить, спросить. Зачем так было утруждаться?

Никита открыл холодильник, стал закладывать туда продукты.

— Надоело дома торчать, — проговорил он. — Знаешь, много работы, такая круговерть. Голова трещит.

Мужчина улыбнулся.

— Захотелось на свежий воздух.

— Понятно. Просто тебе же завтра на работу.

— Встану пораньше.

Я почувствовала, как мои щёки наливаются румянцем — вспомнила то утро, когда застала его в душе.

— Что-то я голоден. Ты ужинала? — Никита посмотрел на меня. Потом рассмеялся. — Какой я бестолковый. Ты, смотрю, уже спать собралась.

Он кивнул, указывая на мою ночнушку. Мне показалось, что взгляд мужчины чуть дольше задержался на моей груди.

Я поплотнее завернулась в плед.

— Да, пожалуй, пойду.

— Но если хочешь составить мне компанию за столом...

Я рассмеялась, тряхнула головой.

— Ладно. Поставлю чайник и заварю чай для нас.

Это была плохая затея. Стояла с ним бок о бок. От этой близости у меня начинали трястись руки. А Никита, словно нарочно, никуда не торопился, стоял совсем рядом со мной. Насвистывал какую-то мелодию. Отошёл, когда я почти начала задыхаться от нехватки воздуха.

Я сидела напротив него, ждала, когда мой чай немного остынет. Никита с аппетитом уплетал лазанью, которую он привёз с собой.

— Ты уверена, что не хочешь попробовать? Мама сама стряпала. Она, несмотря на занятость, ещё и вкусно готовит.

Я улыбнулась. Не хотелось признаваться мужчине, что сама я ничего не умею делать своими руками.

— А может, ты хочешь вино? По-моему, там ещё с прошлого раза осталось.

А вот это неплохая идея. Может, хоть получится заснуть этой ночью.

Я кивнула.

Никита принёс два бокала, налил в них вино.

— Ну, — его лицо осветила ослепительная улыбка. — Можно нас поздравить. Мы выиграли!

Я сначала не поняла. Опешила. Потом до меня дошло. Я закрыла лицо руками. Засмеялась.

— Ты правду говоришь, Никит?

— Абсолютную.

— Как это было? Что ты сделал? А как же суд?

— Погоди, не спеши. Все обошлось. Я договорился с адвокатами потерпевших, просто заплатил дань, ну и мы мирно разошлись.

— И суда даже не будет?

— Не будет.

Я не смогла усидеть на месте. Радостно выскочила из-за стола, обвила его шею руками и громко чмокнула в щеку.

Не знаю, что на меня нашло, зачем я так поступила, но только Никита не дал разомкнуть мои объятия. Я почувствовала, как его руки сошлись на моих запястьях. Затем я поймала серьёзный взгляд его серых глаз.