— Калерия, у тебя сейчас волна за волной будет приходить откат от проклятия, поскольку я снял его не совсем… стандартным способом. Я напоил тебя настойкой, в которой Занин смешала все необходимые компоненты, чтобы твоя нервная система пережила откат как можно безболезненнее. Себастьян займётся перенаправлением энергопотоков, заодно согреет, чтобы ты быстро заснула. Проспишь примерно сутки, а когда проснёшься — всё будет хорошо.

Я открыла рот, чтобы ответить, но потом закрыла его. Похоже, этерн всё продумал.

— Утром мы с Занин придём проверить твоё состояние, — сказал Кетро прежде, чем исчезнуть в телепортационном проходе.

Проход закрылся. Я продолжала сидеть на кровати, постоянно вздрагивая — внутренняя дрожь никак не хотела уходить.

Себастьян молча пододвинул стул к кровати, сел напротив. Взял мои руки в свои ладони, и я ощутила, как от пальцев начинает растекаться приятное согревающее тепло.

— Как самочувствие? — глухо спросил оборотень, не глядя на меня.

— Бывало и лучше.

Разговор не клеился. Согрев руки, оборотень опустился на колени и положил ладони на мои лодыжки. Я совершила слабую попытку предотвратить это, но Себастяьн не позволил помешать. Оставалось лишь наблюдать, как руки гарунита скользят от моих лодыжек до коленей, испытывая смесь стыда и блаженства. Тело согревалось, нервы успокаивались, сознание расслабилось и отказывалось анализировать ситуацию напрочь.

— Кетро прав, мы все идиоты, — наконец сказал Себастьян, пересаживаясь на кровать позади меня и кладя ладони мне на спину.

— Почему?

— Потому что я даже и не подозревал, что ты согласилась выйти за куратора под действием проклятия. Был уверен, что ты, как и все, просто попала под действие его ледяного очарования. Я сосредоточился на своей обиде на тебя и зависти к куратору вместо того, чтобы разобраться, как так вышло, что девушка, явно демонстрировавшая мне симпатию внезапно стала восторженной фанаткой другого мужчины. Причём такой фанатизм явно не в твоём характере. Ненавижу Кетро за то, что он всегда прав!

Хотела сказать, что тоже ненавижу, но внезапно поняла, что это не будет правдой. Несмотря на язвительность, резкость и грубые высказывания, поступки Кетро, складываясь в единую картину, говорили о нём совсем не то, что я сама думала изначально.

Руки Себастьяна уже лежали на моей макушке, согревая и вызывая сонливость. В завершение он легко провёл руками по всему телу сверху вниз.

— Ну как?

— Тепло, — ответила я, забираясь на кровать с ногами и прислоняясь к изголовью. — Спасибо.

Серые глаза Себастьяна странно смотрели на меня, наконец, он глубоко вздохнул.

— М-да, куратору можно только посочувствовать.

— О чем ты? — непонимающе спросила я.

— Потому что после снятия проклятия, твои эмоции к нему должны быть прямо противоположными тем, которые ты испытывала во время. Калерия, — произнёс оборотень почти шёпотом, сжав мои пальцы в ладонях. — Я не знаю, как мне искупить свою вину перед тобой, как оправдать то, что не заподозрил подвоха в перемене твоих настроений. И меня ужасно злит, что тебе помог Кетро, а не я. С этого момента… клянусь, я всегда буду первым, кто окажется рядом с тобой в трудное мгновение.

Я кивнула, кусая губы. Сознание прояснилось, и теперь я отчётливо понимала, что неожиданные чувства к Адриану были вызываны только проклятием. Однако также отчётливо помнила то, что до того, как прочитала дневник Марлен, я всё равно собиралась выбрать куратора и отказать Себастьяну. Беарниец перевернул мои руки и по очереди легко прикоснулся к губами к каждой ладошке.

— Ложись спать, — Себастьян поднялся. — Завтра будет новый день и… и мы всё начнём сначала.

Себастьян ушёл, а я мгновенно провалилась в сон. Травяная настойка, переживания, согревающая магия гарунита — всё это вместе буквально утащило меня в сон.

Я проснулась посреди ночи с ощущением, что что-то забыла сделать. Часы показывали три утра, ещё четыре часа до подъёма. Что же я забыла? Внезапно память услужливо подкинула воспоминания о недавних событиях, и я резко села на кровати.

Кетро обещал, что я просплю целые сутки, неужели они уже прошли? Снова взглянула на браслет, но они показывали прежнюю дату.

Прислушалась к собственным ощущениям. Вроде бы никаких противоестественных желаний причинить себе вред не испытываю. Желания выходить замуж за Верлена тоже. Всё в порядке, я — это снова я. Наверное…