На протяжении всей дороги, девушка то несла невразумительную чушь, то отключалась. Это-ж сколько нужно выпить, чтобы довести себя до такого состояния?

— Почему не остановила её, она же не в себе? — спросил у угрюмо шедшей рядом девушки Диармайд.

— Моё дело — охрана, что госпожа делает меня не касается, пускай хоть до смерти напивается, — грубым голосом ответила она.

— Отпусти, — София вцепилась в футболку Диармайда, когда он положил её на заднее сидение лимузина.

— Нет! Ты едешь со мной!

— Пусти! — глаза Диармайда снова загорелись синим, он был зол. Диармайд дёрнул её за руку, освобождаясь от хватки и собирался уйти, когда девушка поднялась и обхватила его за талию руками, не позволяя уйти.

— Поехали со мной, пожалуйста, — тихо, жалобно сказала она.

Диармайд занёс девушку в её квартиру, на последнем этаже невысокого здания в спокойном квартале, в ту самую, в которую когда-то привела его София после клуба.

Телохранительница ушла, видимо дома она её не охраняла. Ди положил спящую девушку на кровать.

— Ты ещё здесь?

Диармайд стоял у окна и смотрел на огни ночного города. С больших, панорамных окон, открывался невероятно красивый вид на ночные Афины.

— Ты стал таким бледным… зато стало невидно твоих химических ожогов на руках, — она обняла парня сзади. София сняла платье, оставшись в нижнем белье.

— Почему я приехал сюда? — спросил Диармайд, обернувшись и взяв её лицо в свои руки.

— Это сила женщин, Гера часто это повторяет, — улыбнулась София, она просто растаяла в его руках, девушка была абсолютно податливой и невероятно ласковой.

— Чудовищная сила… Уже прошло так много времени, а я до сих пор не могу выбросить тебя из головы. Ты приходишь ко мне во снах, я не редко думаю о тебе.

— Дай-ка я угадаю… в твоих снах я голая? — София изобразила свою коронную, лисью улыбку.

— Часть меня хочет обнять тебя и поцеловать, а другая часть разорвать на куски, — с лица девушки исчезла улыбка, она смотрела на горящие синим огнём глаза и почувствовала, что её лицо зажато в руках Диармайда, как в тисках. — Или вырвать твои внутренности и смотреть как умирая ты будешь корчиться в муках.

Ей стало страшно, Лицо Ди улыбнулось, но в этой улыбке была только жестокость и жажда крови. Диармайд положил свою руку на талию девушки, она дрожала от страха, он ухмыльнулся, упиваясь её ужасом и… отступил на шаг, София рухнула на пол как срубленное дерево.

— Думаю мне лучше уйти, прощай Соф, я скоро уезжаю, думаю если мы когда-то и встретимся… это будет не скоро, — Диармайд закрыл за собой дверь, а София всё ещё не могла подняться с пола. Она никак не могла выбросить из головы горящие синим светом глаза, полные злобы и предвкушения, такие злые, такие холодные, такие чужие. Это был не её Ди, она никогда не знала, это… существо.

Что на него нашло? Зачем он это сказал? Сделанное повторялось в голове весь путь до парковки клуба, где стояла машина Диармайда. Этой ночью он не заснул, постоянно прокручивая случившееся. На утро, едва рассвело, парень пошёл бродить по городу.

Диармайд и не заметил, как оказался на набережной, где когда-то они с Софией смотрели на море. В тот день оно волновалось ничуть не меньше, чем сегодня. Как же сильно он изменился за всё это время? Кажется, что ни капли, но оглядываясь назад и вспоминая себя, Диармайд понимал, что стал абсолютно другим человеком. Хотя он уже больше склонен считать себя магом, словно это вообще отдельный вид, как им когда-то и вбивали в изоляционном лагере. Тогда всё было так безнадёжно…

Тяжёлые удары ботинка отдавались сильной болью в рёбрах, Ди лежал на полу, сжавшись в клубок, прикрывая руками лицо.

— Не убей его, если помрёт — нам потом из жалования вычтут! — сказал охранник, с опаской посматривая на сильно избитого лысого щуплого паренька. В его взгляде не было сочувствия или жалости, только страх за то, что с него стребуют за убийство мальчишки.

Другой охранник, с ежиком чёрных волос и почти такой-же щетиной отвесил Диармайду ещё один сильный пинок, от которого парень немного проскользил по полу, оставляя после себя капли крови на бетонном полу.

— Ерунда, они маги, они не умрут так легко, — махнул рукой тот, — можешь мне поверить, я уже не один год тут работаю… Ты же видел, как зверёныш глянул на меня — таким нужно указывать их место, чтобы потом не было проблем. Учись, пока я здесь. Нужно время от времени их поколачивать, чтобы боялись и у тебя будет меньше забот.

После избиения Диармайд не мог ходить, его взяли под руки и отвели в карцер — маленькую клетку, метр на метр, вмурованную в стену, в которой нельзя было вытянуть ноги или выпрямить спину. Пребывать в такой долго было очень мучительно. Охранники вели его брезгливо и аккуратно, стараясь не запачкать кровью свою форму.