— Я просто приглядываю за ним, — кивнул на Диармайда Луиджи, развалившись на нижней кровати. Мелисса выжидающе посмотрела на Диармайда.

— Хочу оказаться как можно дальше от области влияния Ватикана.

— Ты где уже успел пораниться? — нахмурился Луиджи, когда заметил забинтованную левую руку Диармайда, когда тот снял байку.

— Это ерунда, не обращай внимания, — Ди напрягся и постарался сказать это как-можно более непринуждённо.

— А что привело тебя сюда? — Спросил Диармайд у Мелиссы, взявшейся за чтение книги.

— М, — отвлеклась она от неё, — а, ну, Персей уже совсем плох, а в его внуке я не вижу лидера, которому готова подчиняться. Мальчик заносчив и вспыльчив, совершает глупые поступки, которые клану могут очень дорого обойтись. Поэтому, как только у меня появилась возможность, за что тебе огромное спасибо, — улыбнувшись кивнула она Диармайду, — я решила сбежать и искать, так сказать, счастья в другом месте.

— Ди, что это за прямоугольник, который ты притащил? — спросил Луиджи.

— Картина, — коротко ответил парень, открывая заметки римского путешественника, описывавшего свой переход через Сахару.

— На кой чёрт ты потащил её с собой, не замечал за тобой раньше такого рвения к искусству.

— Эта картина для меня особенная. Когда я впервые её увидел — убийство людей ещё не было для меня нормой, — разговор затих, Диармайд и Мелисса погрузились в чтение, а Луиджи уснул.

— Только прошу вас, не говорите об этом никому, мне не нужен бунт на корабле, а повернуть назад или отложить плаванье мы не можем, — из коридора послышался голос капитана, его тихие слова уловил магически усиленный слух Диармайда. Он напрягся, когда почувствовал, как вошёл в чью-то область контроля. Самым странным было то, что он не мог её разглядеть, совсем, раньше такого не было. Дверь каюты пронзительно заскрипела.

— Подъём! — тихо, но очень ёмко и увесисто сказал вошедший в каюту мужчина. Он был высокий, худой как жердь и стар, седина полностью окрасила его голову, но сам мужчина сохранял моложавое лицо, аккуратно постриженная щетина и весьма уместная, короткая причёска, идеально зачёсанная на бок, создавали благоприятное впечатление. У него были острые черты лица, а когда он раскрывал рот, можно было увидеть кончики острых белых клыков, ногти незнакомца были длинными, Диармайд знал, что они очень острые и опасные. Скрипучий голос казался потусторонним, от одного его слова задребезжали металлические ножки кровати. Глаза мага были чёрными с вертикальными золотыми зрачками и казалось, что они поглощают жизнь. Диармайд уже во второй раз в жизни видел дурной глаз, но этот человек его по-настоящему пугал, в отличии от Лизы, с которой он встретился в катакомбах под Парижем.

Диармайд соскочил с кровати, вслед за ним, словно солдаты, вытянулись Мелисса и только что проснувшийся Лу.

— Мелисса Шуберт, тридцать два года, уроженка Австрии, два привода в ДКМС, обвинялась в применении магии, против граждан Греции, оправдана, верно?

— Да, — выдавила из себя девушка, она старательно смотрела в сторону, не в силах выдержать взгляда незнакомца. Он долго всматривался в её лицо, сравнивая его с фото.

— Может оно и к лучшему, что такая погань покинет Грецию… — задумчиво произнёс он.

— Луиджи Маркони, двадцать пять лет, уроженец Италии, трижды привлекался отделом ДКМС, отсидел два года в Спартанской тюрьме строгого режима, за незаконное применение магии к гражданину Греции. Отмечено активное участие в криминальных делах ныне уничтоженной семьи Фальконе, перекочевавшей к нам с Италии.

— Верно, — старательно смотря в пол выдавил из себя Лу, он едва стоял на ногах, дрожа от страха.

— Ди Сальваторе, бывший заключённый изоляционного лагеря. Подозревался в связях с семьей Фальконе, — мужчина посмотрел на Диармайда, тот старательно имитировал туже реакцию, что и Лу с Мелиссой, но у него не получилось.

— Разве тебе не говорили, что носить линзы незаконно? Сними их, сейчас же! — закричал незнакомец, казалось, что от его голоса металлический корпус корабля начнёт гнуться. Капитан, с довольным лицом, смотрел как унижают его пассажиров.

— Я сказал сними их! — Диармайд не чувствовал страха, который заставил даже довольно сильную Мелиссу вжать шею в плечи и трепетать от ужаса, но его ужаснул тот факт, что незнакомец раскрыл его секрет.

Диармайд, дрожащей рукой, поднёс пальцы к глазам, коснулся их и стёклышки прилипли к подушечкам пальцев.

Его глаза горели синим, вертикальные зрачки были слегка расширены. Кошмар парня стал реальностью, стоило ему только получить надежду сбежать из чёртовой Европы, как случилось это…

Мужчина подошёл ближе, внимательно всматриваясь в зеницы парня.

— Дурной глаз синего цвета, поразительно. Ты ведь маг воды, так? — и не дожидаясь ответа он продолжил, — впервые вижу дурной глаз у мага основных стихий, — мужчина стал ходить вокруг Диармайда, словно вокруг музейного экспоната.

— Фальконе, так? Сразу понятно, к твоему обучению приложил руку Нико. Что же он утаил такого перспективного ученика от учителя… — от этих слов нутро Диармайда заледенело.