— Ты что пила? — подошел ближе, хватая за тонкое запястье.

— Ай! Мне больно! — рассержено взглянула на меня, блуждающими глазами.

— Что ты пила?

— Я… не помню… — язык заплетался, и она явно путалась в словах.

От Даяны безумно разило алкоголем. Казалось что она не просто его пила, а практически им обливалась. Потянувшись за бутылкой я буквально охренел от увиденного.

— Мать твою, ты, что блядь ума лишилась?! — отбросил практически пустую бутылку литрового мартини. — Ты ела?! — закричал, слегка тряхнув её за плечи, но реакции не последовало. — Эй, — пощелкал пальцами перед глазами, видя, что ещё немного, и она отключится. — Блядь, ну что за идиотка! — подхватив Даян на руки, я понёс её в спальню. Пихнув ногой дверь ванной комнаты, я опустил её около унитаза, пока та полностью не отключилась. — Живо два пальца в рот!

— Нет… — вяло запротестовала, пытаясь подняться.

— Живо! Или ты или я.

Метнув в меня недовольным взглядом, она ненадолго зависла, явно оценивая, насколько я сейчас серьёзен и отвернувшись, всё-таки выполнила мой приказ.

Выйдя в спальню, я достал телефон, набирая номер семейного врача.

— Слушаю… — вяло пробормотал, практически зевая мне в трубку.

— Через десять минут за вами заедет мой водитель. У нас тут алкогольное отравление, так что берите всё что нужно и не заставляйте вас ждать.

Стараясь не слушать, как хрипит Даяна, склоняясь над унитазом, я нажал на быстрый вызов:

— Питер, живо поднимайся и мчи за доктором Рикманом.

— Как скажете.

Отбросив мобильный на расстеленную кровать, я снова зашел в ванную комнату:

— Как ты?

Но ответа не последовало, отрицательно качая головой, Даян снова выгнулась, избавляясь от лишнего алкоголя. Спустившись на кухню, я достал из холодильника бутылку минеральной воды и пачку сорбента. Открыв бутылку, засыпая в неё белый порошок, который тот час рассыпался по горлышку, рукам и полу. Быстренько всё взболтав, я поднялся обратно к Даяне. На этот раз она уже стояла, склонившись над раковиной, умываясь холодной водой.

— Как ты? — пытался заглянуть ей в лицо, протягивая минералку.

— Всё хорошо, — повернулась ко мне, принимая бутылку.

— А в глаза взглянуть совесть не позволяет?

Я думал, что это замечание её разозлит. Что она тотчас воспылает, возвращая себе бодрость духа, что её помутневшие глаза блеснут огнём. Но вместо этого взгляд бемби показался мне настолько потухшим, что я практически поверил, что сейчас передо мной не человек, а попавшая в капкан косуля. Маленькая, тоненькая, с длинными ушками и чудными белыми пятнышками, но такая…

— Зачем ты это сделала? — подошел ближе, убирая волосы с мокрого лица. — Чего хотела добиться?

— Понять… — отвернулась, опустошая маленькую бутылку.

— Что именно?

— Сколько мне нужно выпить, чтобы суметь переспать с вашим сыном.

— Даяна, ты… — тяжелый звонок в дверь, заставил меня замолчать. — Ложись, это доктор.

Пока старый-добрый Эрик Рикман осматривал девчонку, я отошел к себе в спальню. Как же сильно хотелось поесть и искупаться, и в тоже время, сил не было ни на что. Тяжелый сон нависал надо мной словно грозовая туча, часы показывали начало четвёртого, а это означало лишь одно — придётся отложить нашу с Алексом встречу до понедельника. Или… пригласить его к нам на ужин, чего я ещё ни разу не делал.

— Мистер Прайд, мы закончили, — раздался голос пожилого врача.

— Ну и как она? — вышел к Рикману на свинцовых ногах, совершенно не желая оставлять мягкую кровать.

— Теперь всё хорошо. Нервная система была слегка перевозбуждена, из-за чего я дал девушке успокоительного и сделал укол «Биоларма» это поможет вывести из её крови все токсины. А когда она проснётся, — протянул мне пару запечатанных таблеток в белой упаковке, — дадите ей вот это. Вторую через три часа после первой. Поняли?

— Да.

— Что ж, это всё. Сейчас девочка спит, и вам советую отдохнуть.

Проснувшись в два часа дня, всё в той же рубашке и брюках, я направился в душ. Как не посмотри, но моё воскресенье отправилось коту под хвост. И вместо того чтобы разбирать проблемы на работе, пришлось целый день присматривать за девчонкой, чтобы та не додумалась совершить ещё какую-нибудь глупость.

Целый день мне приходилось наблюдать одну и ту же картину. Словно я был зрителем на спектакле про призраков, ведь назвать Даяну как-либо иначе, у меня просто язык не поворачивался. Казалось, что она и не спала вовсе: бледная, синюшная, с растрёпанными волосами, убранными непонятно во что, глаза не поднимает и совершенно не говорит.

«Призрак замка Моррисвилль», ну или очередной дух плачущей женщины из дешевого ужастика. Говорить с ней было бесполезно, она послушно соглашалась с каждым моим словом, оставаясь всё в том же гнетущем настроении. Приказал привести себя в порядок, и все на что её хватило, так это расчесаться и переодеться в длинное темно-зеленое платье. От чего её синее лицо приобрело вид бледной поганки. Я ждал, что подобное настроение не затянется дольше, чем на один день, что это всего лишь последствия похмелья. Но Даяна осталась точно такой же и в понедельник и к вечеру вторника, из-за чего пришлось оставить её дома вплоть до среды.