– Кто?

– Максон Леви.

– Имя мне ни о чем не говорит, - пожал плечами, хмурясь. Еще один пропавший волк… Дело начинает принимать совсем отстойный оборот. И ни одного трупа… Ест он их, что ли… Или на черном рынке на органы продает? Фанатикам на опыты?

– Странно, он последние полгода из твоего бара не вылезал, когда, конечно, не в рейсе был.

Что-то снова царапнуло меня от этих слов. Что-то… странное чувство, когда понимаешь, что всего лишь надо потянуть за ручку и открыть дверь. Вот только дверей слишком много, и они все одинаковые.

– Аллен, ты же не дурак, - покачал головой. – На кой мне сдался какой-то дальнобойщик?

– Я не говорю, что это ты убил его. Но тебе не кажется, что вокруг тебя слишком много всякой дряни происходит? Как, кстати, Сэм?

– Под присмотром. Боится, - пожал плечами.

Аллен откинулся на спинку своего кресла, положил руки на стол, сцепив их в замок, начал рассматривать так, будто видел впервые. Словно думал о чем-то.

– Мы обратились в Совет, как только узнали про наркоту.

Я хмыкнул, дернув головой. Абсолютно бесполезная затея. Совет – те еще сволочи, и действовать будут только, если им это будет сулить хоть какую-то выгоду. Ну или грозить всей популяции в целом. А так и пальцем не пошевелят. Единственное, что они хорошо умеют – отбирать у родителей одаренных щенков. Вот только зачем…

– Скажи, - не дал додумать Джефферсон, - когда ты снес Макгрэгору голову, он пытался сопротивляться?

– Нет, - нахмурился я.

– Где ты его оставил?

– Парни закопали его на свалке.

– Когда?

Я назвал дату.

– Ага. А на лесопилке он оказался на следующее утро, облитый отбеливателем.

Черт! Снова этот отбеливатель.

– Ты не задавался вопросом, - продолжал тем временем Аллен, - почему Макгрэгор не попытался перекинуться, почему не сопротивлялся, когда ты бросился на него? Не пытался понять, чем новая дурь отличается от старой?

– Думаю, ты меня сейчас просветишь, - напрягся я.

– Само собой. Только скажи… ты не заметил ничего странного, когда ребята закапывали Макгрэгора? В том, как он выглядел?

– Нет, черт возьми!

– Очень жаль, - сочувственно усмехнулся Джефферсон. – Он был весь переломан, как скрюченный человечек. Мы провели вскрытие – кости надломаны, мышцы порваны. Он пытался обернуться, понимаешь? Пытался и не смог… по какой-то причине…

– Считаешь, это из-за дури?

– А у тебя есть еще варианты?

В зале повисла тишина. Я пялился в окно, Джефферсон старший пялился на меня в ожидании какой-то реакции. А я по большому счету не видел причин менять свое решение.

– За информацию спасибо, но что это, по сути, меняет? Мне все равно, что это за дрянь и как именно она действует, мне надо прижать засранца. Все остальное сейчас не имеет значения. В конце концов, я просто прошу, чтобы Вы не лезли.

– Конард…

– Сиди у себя в стае, Джефферсон, и не мешай мне. Сыну мозги вправь. Знаешь, этот орган хоть обычно и скрыт, но, когда его нет, становится заметно.

– Ты не думаешь, что мы вместе…

– Не думаю, - разговор начинал надоедать. – Вы слишком заметны, неаккуратны, беспечны, но самое главное…

– Удиви меня.

– Ты умеешь лишь приказывать, а стайные умеют лишь подчиняться. Но городские – другие, они свободные, они не станут повиноваться твоим приказам, не будут отвечать на вопросы, они захлопнут дверь перед твоей мордой прежде, чем ты успеешь понять, что произошло. А твои угрозы… Угрожать я и сам умею. И потом, Маркус, должен признать, в целом парень не плохой, но еще слишком молодой, а поэтому глупый. Упрямый дурак, каким и я был когда-то. Судя по тому, что я сейчас вижу, судя по тому, что происходит вокруг, говнюк, который все это затеял, проглотит твоего щенка и не подавится, а потом возьмется за остальных. Подумай, надо ли тебе это дерьмо в стае, готов ли ты рисковать ей? Притормози своего сына, Джефферсон.

Аллен молчал. Видимо, потому что возразить было нечего. Он не дурак, он хороший альфа, но он… стайный. Мерзкое слово, которое почти стало ругательством. Для стайных клан превыше всего, для стайных благополучие стаи на первом месте, все остальное второстепенно. Всегда будет альфа и всегда будет омега. Всегда будет тот, кем можно пожертвовать… За одним исключением – главное, чтобы это был не собственный щенок.

– Надеюсь, мы договорились, - я поднялся со стула, так и не дождавшись ответа. – Мне пора. Обед за мой счет, если захочешь.