– Я знаю, маленькая. И, поверь, отношусь к этому со всей серьезностью.

– Почему ты игнорируешь меня? Почему почти не появляешься дома? Не… - признаться в собственных желаниях, быть предельно откровенной оказалось еще сложнее, чем расписаться в собственной ревности. Но полумеры не мой вариант. – Я соскучилась по твоим губам и рукам, по твоему телу надо мной, по дыханию и потемневшим глазам. Почему ты не…

Стон, вырвавшийся из горла Конарда, заставил заткнуться. Он был почти страшным: шел откуда-то из самого нутра волка, вибрировал в груди, рокотал в горле и все-таки прорывался наружу, несмотря на сопротивление.

– Потому что, если прикоснусь к тебе так, как хочу, то остановиться уже не смогу. Твое новолуние все ближе, Крис. И ты не представляешь, чего мне стоит держать себя в руках. Я полагал, - он замолчал на миг, словно споткнулся, а потом все-таки продолжил, - будет проще. Это должно было быть проще. Ну и ко всему прочему, ты же понимаешь, что облажался, забрав тебя к себе?

– Не уверена, - покачала головой. Губы оборотня сжались в тонкую линию, он стукнул нервно, зло каблуком о пол, тяжело сглотнул. Но когда заговорил, голос звучал холодно, ровно.

– Я забрал тебя из стаи, не подумав, идя на поводу у инстинктов, чувств, собственных эгоистичных желаний. И со мной ты в опасности. Убийца… - он не назвал имени девушки, уж не знаю, специально или просто потому, что так же, как и я, еще не привык к мысли о том, кто так ловко и легко обвел всех вокруг пальца. Надурил, надрал задницы не только стае, но и Макклину.
– …бьет по больному. По моему больному: Сэм, «Берлога», стройка, отношения с Джефферсонами… Логичным будет в следующий раз ударить по тебе. Если она поймет… - Конард замолчал, стиснув челюсти, провел рукой по волосам, - что между нами не только твое новолуние, не только секс, попробует достать тебя. А я не готов рисковать. Я полагал, что убийца все же…

– Волк?

– Да. А я пропах тобой, пропитался. И… Сейчас лучше, чтобы все думали, что ты просто… просто мой каприз, очередное желание в угоду эго и самолюбию. Красивая девочка, которую я хочу трахнуть и ничего больше.

– Конард, я… - я не знала, что сказать, не до конца понимала, как реагировать. Только страх сжал вдруг горло, обняла за плечи неуверенность, сомнения шипели и шептали в уши мерзкими, тоненькими голосами предателей. – Я поняла. Если надо, я буду сидеть дома, я… не приду больше в «Берлогу», пока вы не поймаете Алисию. Пока все не закончится, - последние слова получилось только прошептать.

Я сжалась, скукожилась, съежилась. Как и когда вышло так, что, убегая от одного волка, быть привязанной к которому я боялась больше всего на свете, я оказалась у другого, быть привязанной к которому я желала? Теперь желала. И было чертовски сложно понять: это всего лишь инстинкт или нечто большее? Совсем другое…

Но я не хотела сейчас об этом думать. Я не могла сейчас об этом думать. Пока слишком страшно, слишком безвыходной кажется ситуация с тысячью переменных. Возможно, потом… Потом, когда пройдет горячка гона, когда будет поймана Алисия, когда мы с Марком снова сможем валяться на пляже, потягивая колу и жуя сэндвичи, которые сделала его мама, когда Конард перестанет избегать просто находиться со мной рядом, я подумаю об этом. Потом сделаю окончательный выбор. А сейчас… сейчас слишком страшно, слишком тяжело ошибиться.

– Я отвезу тебя сегодня домой, а потом мы решим. К вечеру должно проясниться хоть что-то. Возможно, тебе лучше будет уехать к Люку.

– К Люку?

– Как вариант, - кивнул Макклин. Кивнул, казалось, самому себе, будто сам себя пытался убедить в правильности решения.

Я просто пожала плечами и сменила тему, предпочитая не думать пока о том, чего не случилось.

– Ты сомневаешься, что это Алисия? – спросила, поднимаясь на ноги, чтобы включить кофеварку. Судя по виду Конарда, кофе ему жизненно необходим.

– Сомневаюсь. Не могу не сомневаться.

– Почему? – не тот вопрос, точнее тот, но задала я его неправильно, а поэтому поспешила исправиться, нажимая на кнопку. – Откуда Алисия узнала про оборотней? Как давно знает?

– Около семи лет, – повел плечами Макклин, разминая уставшие мышцы, не отрывая от меня пристального взгляда. Конард следил за каждым моим движением, шагом, жестом. Будто боялся, что я развернусь и хлопну дверью с другой стороны.

Что за мысли крутятся сейчас в твоей голове, Макклин?

– Долгий срок.

– Долгий. Особенно для человека. Она узнала из-за Эмили Бартон, - глухо продолжил Конард.

– Эмили? – не поверила я своим ушам.

– Ага, - нехорошо улыбнулся Конард. – Эмили и Аллен. И желание Джефферсона-старшего скрыть от совета сильного лекаря.

– Не понимаю, - затрясла головой, беря в руки две кружки и возвращаясь к дивану. – Совет же знает про Эм. Точнее, насколько мне известно, знал с самого ее рождения.

– Знал про то, что волчица – лекарь. Но не знал про то, насколько сильный. Почти как с тобой, маленькая. Вы с Эмили удивительно похожи в этом.