Шагаю по направлению к своему дому, когда до моего слуха доносится срывающийся голос миссис Патаки.

— Мистер Палмер!

Я разворачиваюсь и наблюдаю, как женщина бежит от дома Эштон с Аланом на руках. Не раздумывая срываюсь с места к ним навстречу.

— Папа!

Алан плачет, миссис Патаки удивленно смотрит на меня.

— На лице мамы кровь, её одежда порвана! — мальчик всхлипывает.

Мое сердце пропускает удар. Сукин сын, я его убью!

— Миссис Патаки, направляйтесь в мой дом, Сара вам откроет. — кричу я на ходу.

Путь до крыльца дома Эштон преодолеваю за несколько секунд. Картина, что предстоит перед моими глазами, заставляет тошноту подкатить к моему горлу. Нанду сидит сверху на Эштон, она без сознания, её блузка разорвана, грудь обнажена, брюки вместе с трусиками стянуты до колен.

— Сейчас, Эш, потерпи, это будет самый лучший секс в твоей жизни. — говорит Нанду, пытаясь справится с ремнём на своих джинсах.

— Ублюдок!

Я слышу свой хриплый голос, но не узнаю его. Нанду вскидывает голову, и в ту же секунду его лицо встречается с моим коленом. Он падает с Эштон, ударяясь спиной о перевернутый кофейный столик.

Не даю ему время прийти в себя, и, приподнимая за ткань футболки, наношу несколько точных ударов в лицо. Весь мой кулак испачкан кровью из сломанного носа парня. Он шевелит губами, пытаясь что-то сказать, но я продолжаю превращать его физиономию в кровавое месиво. Нанду отключается, его голова безвольно падает на грудь.

Я выпускаю из захвата ткань его футболки, и парень с грохотом падает на пол. Оборачиваюсь на тихий стон, Эштон понемногу приходит в себя. Вид её разорванной одежды поднимает во мне новую волну ярости, и я начинаю пинать лежащего на полу Нанду, жалея о том, что на мне лёгкие летние туфли, а не тяжёлые ботинки, в которых я участвовал в боях.

— Эйден, с него достаточно! Ты убьешь его!

Голос Эштон заставляет меня остановиться. Она уже сидит на полу, облокотившись спиной о диван, прикрывая трясущимися руками обнаженную грудь.

— Детка. — тихо произношу я и опускаюсь перед ней на колени. Кровь из её припухшей губы стекает тонкой струйкой по подбородку. Я помогаю девушке снять с себя блузку, а вернее то, что от нее осталось. Стягиваю через голову свою футболку и надеваю на Эштон.

— Ты успел? — осторожно спрашивает она, не глядя мне в глаза.

— Он не…

Эштон всхлипывает, не дослушав меня до конца, и закрывает лицо ладонями.

— Шшш, все хорошо, все позади, я здесь, я рядом.

Просовываю руку под её колени и поднимаю с пола. Эштон опускает голову на мою грудь.

— Я хочу в свою кровать. — шепчет девушка, все ещё не отведя рук от лица.

Поднимаюсь наверх с Эштон на руках. Осторожно укладываю девушку на постель.

— Не уходи, прошу тебя.

Её взгляд заставляет мое сердце разрывается на куски.

— Я вернусь через пару минут, только уберу из твоей гостиной этот кусок дерьма.

Нанду уже пришел в себя, когда я спускаюсь по лестнице. Парень пытается подняться, держась за ушибленные ребра.

— Ты плохо меня понял в прошлый раз?

Нанду разглядывает мою обувь, а после медленно поднимает голову.

— Ты ублюдок, Палмер. Тебе конец.

Он что-то ещё говорит своими разбитыми губами, но я хватаю его за футболку и выталкиваю из дома. Парень скатывается с крыльца. Наблюдаю за тем, как он медленно поднимается с вымощенной дорожки и, шатаясь, направляется, к своему джипу.

Эштон продолжает тихо всхлипывать, лёжа на кровати в позе эмбриона. Я смыл кровь Нанду со своих рук и вернулся в её комнату.

Опускаюсь на кровать возле девушки. Провожу ладонью по её волосам.

— Детка, ты в порядке?

— Нет. Останься со мной, пожалуйста.

Эштон подминает одеяло под голову и шмыгает носом.

Перебираюсь на свободную сторону кровати. Она прячет лицо на моей груди. Целую макушку девушки и прижимаю её к себе.

— Тебе нужно поспать.

— Я не хочу спать и не могу. Почему Нанду так поступил?

Она замолкает, сморщившись от боли и воспоминаний, а потом крепко обхватывает меня рукой.

Я шумно вздыхаю. У меня нет ответа на её вопрос. Да и слышать сейчас об этом подонке мне совершенно не хочется.

— Не думай о нём, детка.

Приподнимаю голову Эштон за подбородок, и мы соприкасаемся носами.

— Я люблю тебя и всегда буду рядом.

— Всегда? Как все эти годы?

Эштон приподнимает глаза и долго смотрит на меня с неподдельной тоской и теплом.

— Я не хочу думать о том времени. Я не понимаю, как жил без тебя? Как жил без нашего мальчика?