Оставшись без последнего гроша, он так был рассержен, что подрался с хозяином «борделя» и его охранниками…пришлось бежать от городских стражников и буквально вплавь перебираться из одного островка на другой от погони... В конце концов он чуть было не утонул, его «чудом» спасла молодая красивая девушка, катавшаяся на лодке-гондоле, она приказала гондольеру спасти юношу.

Как оказалось, при знакомстве, она была из племени венетов, которых когда-то завоевали римляне, но вскоре они «приспособились» и вполне сносно «выживали» за счет перевозки на грузовых лодках, всевозможных товаров, включая шелк, рис, кофе и пряности, стоившие в то время дороже золота.

Это была любовь с «первого взгляда» … он долго ухаживал за девушкой… преодолевая множество «шагов», из Рима в Аквилею и обратно, каждый раз молодой влюбленный с упоением рассказывал о гладиаторских боях, на которых несколько раз был зрителем:

– Вот ты представь Лукреция, на огромной арене сражаются насмерть бойцы… в одного из них вонзается меч, а победитель, издает короткий клич победы… умирающий противник падает на свой щит… зрители ликуют, наслаждаясь его предсмертной агонией... «со щитом или на щите» знаешь откуда появилось?

– Думаю ты сам только что все объяснил, я ведь не дурочка, только мне эти ужасы не интересны, я ведь девушка, почитай лучше мне стихи какие-нибудь, пожалуйста…

Но он словно этого не замечал и продолжал рассказывать:

– Тяжеловооруженные гладиаторы носили имена народов, из которых они происходили — фракийцы, самниты, галлы. Существовали также следующие разряды гладиаторов: велиты — сражавшиеся дротиками; ретиарии (рыбаки) — сражавшиеся с трезубцем и металлической сетью; бестиарии — сражавшиеся с дикими зверями; андабаты — выступавшие в глухом шлеме в прорезями для глаз; димахеры — без щита и шлема в двумя кинжалами; эквиты — на конях с копьем, мечом и небольшим круглым щитом; эссеуарии — сражавшиеся на боевых колесницах, управляемых возницами; лакварии — ловившие арканом; лухории — с деревянным мечом или тупым орудием; петниарии — сражавшиеся бичом или палкой. Представь себе у нас на арене, даже устраивались «морские бои» ...

– Все довольно «мрачных» историй, расскажи наконец о себе, о своей семье: -перебила его девушка, явственно чувствуя себя «не в своей тарелке», от всего услышанного, но Максимиллиан лишь махнул рукой, продолжая рассказывать:

– «Ave. Caesar, morituri te salutant» - «Радуйся, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя!», произносят гладиаторы, а зрители в это время «жрут» сладости и пьют вино от многочисленных торговцев…потом льются «реки крови» на желтый песок, а публика разгорячается все больше и больше. В перерывах между смертоубийствами выступают фокусники и даже клоуны… потом новая «кровавая бойня» - на этот раз, убийство животных…

На глазах у ревущей от восторга толпы, голодные тигры рвут когтями, на части оленей, а дикие волки душат острыми клыками быстроногих газелей…

Глаза у девушки от этих рассказов, широко открыты, как и рот, дыхание прерывисто, она прижимается к мужчине всем своим телом и дрожит словно в лихорадке, он обнимает ее крепко за плечи и целует…

Вскоре, она «поддается» ему всем своим телом, руки гладят голову мужчины, его же рука крепко зажали возбужденную грудь… одежда долой…предрассудки долой… тела сплелись в единое целое… начался феерический танец любви… с умопомрачительным финалом…

– Ну что ты там рассказывал про диких животных милый?
– тихо шепнула возлюбленная лежа на его груди и поглаживая его мужскую «гордость» рукой.

– Когда, казалось уже нечем было удивить публику преконы-глашатаи, объявляет бой с бестиариями, это как правило приговоренные к смерти, которым дарована возможность ее избежать, если он победит или погибнуть в схватке с хищником… представь себе, как боец с одним лишь коротким мечем сражается с голодным медведем или второй гладиатор должен пронзить копьем быстроногого гепарда. Потом снова меняются «актеры» - бык против пантеры… бегемот против слона, а затем снова охотники, звери, и захватывающие толпу неистовые страсти… Погоди…погоди, ты хотела стихи… пожалуйста… уж не помню кто написал, но звучит красиво: -

Ликует буйный Рим торжественно гремит.

Рукоплесканьями широкая арена;

А он - пронзенный в грудь, - безмолвно он лежит,

Во прахе и крови скользят его колена.

И молит жалости напрасно мутный взор:

Надменный временщик и льстец его сенатор.

Венчают похвалой победу и позор.

Что знатным и толпе сраженный гладиатор.

Он презрен и забыт освистанный актер.

Потом он с содроганием увидел, как его любимая супруга стала плакать «кровавыми» слезами, а губы шептать:

– Спаси меня любимый, без тебя я не выживу… помоги мне…

Максимиллиан проснулся в холодном поту и вскочил на ноги. Слава богам, он жив, а его родные требуют помощи, наверняка сестренке Крискентии тоже «досталось». Как причудливо устроен мир - теперь он вместо зрителя сам стал гладиатором, человеком без права на собственную жизнь…

Но все равно, несмотря ни на что он выберется отсюда… он должен спасти «родню», а значит и самого себя…