Второй порцией лекарства проснувшегося Рема я напоил сам, добавив ему в питьё немного снотворной травы. А то сейчас кинется активно пополнять истощённый резерв, не думая о том, что стены в доме тонкие и нет никакой звукоизоляции. Интересно, а девушка согласилась бы? Вот, не могу понять, что этих двоих связывает? Катерина о Ремтоне беспокоилась искренне, и не так, как могла бы переживать о постороннем. Но скрытой чувственности в её прикосновениях к Рему заметно не было. Хотя, может я и ошибаюсь.

Ремтон.

В себя я приходил рывками. То легкий просвет в сознании, то снова наваливалась тьма. В редкие промежутки осознанности, я понял, что Катерина мне не привиделась, а в момент нашего появления, и правда, находилась в своём деревенском доме.

Даже в бессознательном состоянии я чувствовал её присутствие рядом. Исходящие от женщины эмоции согревали теплом. Слабый поток её силы подпитывал, поддерживал меня. Хотелось большего. Чтобы прорвало выстроенную нею стену между нами. Окунуться бы в бурный целящий поток её ярких, искрящихся радостью эмоций.

Проснулся я перед рассветом. Катерина лежала рядом. Довольно улыбнувшись, я потёрся носом о женское плечико, впитывая соблазнительный запах. В предвкушении удовольствия моё напрягшееся тело прильнуло к расслабленному тёплому источнику соблазна. Губами коснулся нежной кожи и почувствовал, что хмелею. Неспособный больше сдерживаться, подмял под себя податливое тело, целуя, покусывая, зализывая свои укусы.

Очень скоро глаза Катерины распахнулись. Я заглянул в них, но вместо привычной мне шальной радости, увидел облегчение, растерянность и … неприятие.

— Не надо. Отпусти, Рем.

Почему она меня оттолкнула?!

— Что не так? — прохрипел я, с трудом беря под контроль неудовлетворённость своего тела.

Катерина, вывернувшись из моих рук, встала с кровати.

— Прости, не нужно мне было рядом с тобой спать. Но больше негде. Твой друг устроился на кухне. Девушка — в гостиной.

— Катерина, иди ко мне, девочка. Ты же не забыла, как нам хорошо вместе. Я так по тебе соскучился.

Но и моя вторая попытка добиться желаемого позорно провалилась. На мой призыв девушка не среагировала. Вообще.

– Тебе нужно это выпить.

Я оттолкнул протянутый мне стакан.

— Тебя мне будет вполне достаточно. Обойдусь без горького пойла.

Катерина улыбнулась, легко, искренне.

— Нет, Рем. В твоём ассортименте только пойло.

— За что ты на меня обиделась? Почему не подпускаешь к себе?

— Не обиделась. Нет. И я не хочу, чтобы ты исчез из моей жизни. Ремтон, ты не чужой мне человек. Но делить постель мы с тобой больше не будем.

— Не понял! Ты о чем, женщина?

— Доступ к моему телу для тебя закрыт. Так понятней?

— Нет! Почему?!

— Не заводись и не кричи. А то всех в доме разбудишь.

— Катерина, — простонал я, откидываясь на подушку. — Ну, что не так? Чем я тебе не угодил?

— Ремтон, ты меня любишь?

Люблю? Я передёрнул плечами. Женские заморочки!

— Твои требования…

— Рем, — прервали меня на полуслове. — Я ничего не требую. Глупо требовать любви. Она либо есть, либо нет. Между нами её нет.

— Но нам же было хорошо вместе.

— Хорошо. И очень комфортно. Но так не было бы долго. Семью на том, что связывало нас, не построить.

— Семью? Тебе это нужно? Тогда, почему ты до сих пор не замужем?

Теперь плечами пожала она.

— Раньше я об этом не задумывалась. Я и сейчас замуж не собираюсь. Не за кого. Но семья у меня скоро будет. Уже есть. Просто никто, кроме меня о том ещё не знает.

— Говори яснее, — потребовал я резче, чем собирался.

— Ремтон, как ты относишься к детям?

— Что? Какие дети, Катерина?

– Не дети, ребёночек. Один. Наш с тобой. Я беременна, Рем.

Вот это новость! Я же предохранялся? Магией… Кретин! Какая магия?! Я же в этом мире от неё отказался. А уверенность в безопасном сексе осталась.

— И что теперь?

— А, ничего.

Катерина забралась ко мне на кровать. Снова вручила стакан с лекарством.

— Выпей сейчас же.

Я машинально проглотил отвар.

— Вот и хорошо, молодец. А теперь спи. Рано ещё. Давай подремлем, пока есть такая возможность.