Андрей взглянул сначала на сестру, а потом перевёл глаза на безымянного, поддерживая вопрос поднятыми бровями. Взгляд, полный хорошо наигранного презрения, пал на молодых людей. Актёрского мастерства здоровяку было не занимать, ребята вмиг решили изменить своему интересу, начав лучше следить за обломками под ногами.

Внезапное напряжение охватило могучее тело. Перехватив автомат поудобнее, он направил ствол на угол ближайшего здания, откуда донеслось какое-то неопределённое опасение. Тот, кто там был, ещё не знал об угрозе, а боялся просто так, потому, что привык, потому, что так живёт, существует в собственном страхе. Возможно, всё ещё дышит благодаря своей трусости.

Из-за угла мелькнула чёрная пола одежды. Троица уже была готова. Андрей развернулся с автоматом и прикрывал тыл, а его сестра поддержала здоровяка. Показался бородатый мужчина. Худой. В грязном чёрном пальто и большой замусоленной шапке ушанке. Незнакомец заметил путников, уже сделав опрометчивый шаг. Не совладав с перепугу с собственным телом, при попытке быстро скрыться, он поскользнулся на мелких обломках и плюхнулся на задницу. Его страх заполнил всё вокруг и гибкой плетью прошёлся по спине парня.

— Всё в порядке! — Алина опустила автомат и подняла перед собой левую руку, показывая ладонь. — Не бойтесь!

Человек не был вооружён, и девушка распознала в нём одного из многих несчастных принуждённых к выживанию, обитающих на радиоактивных руинах.

Следом за упавшим мужчиной появился ещё один, одетый в дутую куртку, когда-то бывшую синей, но теперь почти не отличающуюся от камуфляжной, если так можно выразиться об очень грязной вещи. Он спешно сунул одну руку в карман.

— Мы не бандиты! — Алина не хотела, чтобы эти несчастные допустили трагическую для них ошибку.

Девушка заметила бельмо на правом глазу второго бродяги. Из-за угла выглянула женщина. Впалые глаза, бледная кожа, почти неразличимого с губами цвета. На голове замызганный платок. Она держит в руках какой-то свёрток. Один шаг и стало ясно — это ребёнок. Совсем маленький.

Алина размякла окончательно.

Затем показались ещё четверо: двое мальчишек, у них волосы на головах клочками, оба худые донельзя, что заметно, даже через одежду. И молодой мужчина, поддерживающий под локоть женщину средних лет, чьё лицо терзает постоянная гримаса боли.

Объяснив людям, как добраться до убежища выживших, закрепившихся лагерем в супермаркете, троица двинулась дальше.

— Ну а что? — Девушка поспешила оправдаться перед своими спутниками.

Угрюмый Андрей перевёл взгляд с сестры на безымянного здоровяка, ища поддержи в своём немом порицании, но его встретило холодное равнодушие.

— По-другому у них не будет никаких шансов!

— А так у его людей шансов меньше будет. Ты как будто этого всего не понимаешь, — парнишка запротестовал как-то наигранно ревностно, да ещё и принимая в оборот неоспоримый аргумент. Тон его, и вовсе был надменно брезгливым.

— Ой! Да пошёл ты! Тебе вообще по фигу, что… — она оглянулась. — Раз, два, три… Что ВОСЕМЬ человек сгинут вот так от голода и холода? Ты головы тех мальчишек видел? Сам знаешь, почему они без шапок!

Андрей шёл молча, принимая удары по собственной совести.

— Ты просто невыносим! — уж совсем беспечно громко выкрикнула Алина.

— Хватит, — моментально погасил пыл спутницы безымянный, своим контрастно безразличным голосом, хоть и с отголоском ржавчины в металлических нотах.

— Кстати! Кхм… — Андрей прочистил горло, обращаясь к гиганту — Ты так и не сказал, зачем они тебе?

— Могут что-то знать обо мне, — прогремел резонный ответ.

— Эм… Хех… — парнишка улыбнулся — Я не про военных, видишь ли, — и уточнил вопрос после короткой неловкой паузы — Зачем тебе весь этот сброд в супермаркете?

— Андрей! — девушка аж прошипела.

…Не зачем… Или жаль их… Не нужны, если подумать… Но почему-то я всё это делаю… Помогаю им…

— Так надо.

Уверенность в происходящем и вера в его правильность, вселяемые словами этого странного бесчувственного бугая, заставила замолчать дерзкого юношу. Его сестра тоже почувствовала странное успокоение трепещущих доселе струнок в груди.

«Всё будет хорошо.»- пронеслось сквозь её сознание твёрдое, но в тоже время неуловимое эхо.

…Всё будет хорошо…

Минуты тянулись. Квартал за кварталом, разрушенный город проползал мимо спутников. Развалины сменялись руинами, на смену которым появлялись горы обломков и кучи железобетона. Разнообразием останки города не блистали.

Один раз прямо перед троицей на дорогу вышла облезшая дрожащая собака. Сначала не заметив людей, остроносая дворняга принюхивалась, поджав хвост, но, повернув морду, тут же умчалась за ближайшие обломки как ошпаренная.