— Мне всё больше и больше нравится у вас, ребята, — проржал Вэл.

Было ощущение, что он либо псих, либо на него действует та дрянь в крови, которую он, по всей видимости, дегустировал совсем недавно.

— Я тебя предупреждал, мразь! — прорычал Марк, — если ты хоть слово скажешь про неё или позволишь себе взглянуть в её сторону — берегись. Я разорву тебя на мелкие кусочки, вот этими руками, — жестом показал он.

— Марк, — окликнула я парня, — пожалуйста, успокойся, он пытается тебя спровоцировать, — попыталась успокоить его.

Марк еще раз дернул парня, а потом отпустил. Тот медленно поднялся с пола и прошел мимо. К нам подошла Барби и Вэл, обняв её за шею, влажно клюнул в щеку, от чего девушка лишь слегка поморщилась и тяжело сглотнула.

— Друзья, — картинно раскланялся перед нами Вэл, — я бы еще поболтал, но мне пора, не хочу опоздать на собственную гонку.

Он развернулся и ушел, а я всё так же стояла и смотрела им вслед. Я пыталась найти причины, по которым Барби до сих пор была с этим человеком. Радости и трепета в её глазах не наблюдалось, значит, было что-то еще.

— Иди и сядь к Алексу в машину, — из тревожных мыслей вырвал меня голос Марка.

— Но я думала поехать с тобой, — возразила я.

— На сегодня ты избавлена от этой привилегии, — не поворачиваясь ко мне. тихо проговорил Марк.

Больше не спорила, не тот был момент. Я просто пошла и сделала то, что он велел. Сказать, что я не чувствовала вины в случившемся, было бы ложью. Может быть, расскажи я о встрече с Вэлом в супермаркете, Марк бы понял подвох, который мне разглядеть не удалось. И мы все были бы избавлены от сцены, случившейся только что.

По пути к машине я пыталась сдержать дрожь, которая внезапно завладела моим телом. Резко подувший ветер был в этом виноват или это адреналин, резко заполняющий мои вены, я не знаю.

Со вздохом я распахнула дверь и села на заднее сидение, отсюда будет отличный вид на гонку. Закрыв за собой дверь, дрожащими руками, я потерла виски, чувствуя пульсирующую боль. С другой стороны открылась дверь, впуская в тихий салон оживление толпы, и ко мне назад проскользнула Диана.

— Не привычно находиться в стороне? — спросила, улыбаясь, подруга.

— Не то слово, Ди, — тяжело вздохнула я.

— Ты понимаешь, что заслужила это наказание? Даже я смогла засунуть свой характер в одно место сложившейся ситуацией и позволить вашему другу Дэну со мной таскаться.

— Нашему другу, то есть, и твоему тоже, — заметила я.

— Мы никогда друзьями не были, ты прекрасно это знаешь, — возразила Ди.

— Знаю и не понимаю. Вот искренне не могу въехать, почему ты к нему так относишься. Может, пришло время рассказать, что произошло? А, подруга? — в её манере наступала я.

— Я переспала с ним! — выкрикнула Ди.

Она отводила взгляд, не решаясь посмотреть на меня.

— Что-то такое я и предполагала, — заметила я.

— О боже, он что, кому-то рассказал об этом? Я же просила забыть об этом навсегда, — захныкала Диана.

— Нет, Ди, он ничего мне не рассказывал, я уверена, что и кому-либо другому тоже. Дэн не трепло, сама знаешь. Теперь мне понятно его отношение к тебе, но совсем не понятно твое к нему, — пыталась докопаться до истины я.

— После того, как всё случилось, он захотел серьезных отношений, а я захотела забыть всё. Так и сказала ему об этом.

— Дурочка, какая же ты у меня дурочка, — обняла я Ди, — но почему? Разве он не нравится тебе?

— Мне не нужны какие-либо отношения, тем более серьезные. А он как танк прёт на меня, вот и пришлось объяснить ему, что между нами ничего не может быть, — жаловалась мне Диана, — ты сама знаешь, что мне совсем не до этого, за Ромкой надо приглядывать, бабушка совсем уже не на ходу.

Ромка — это младший братишка Дианы. Уже как 5 лет их воспитывала бабушка, отец сидел в тюрьме, а мать давным-давно спилась. Поразительно, как в кругу антисоциальных родителей выросли здоровые, сильные духом дети. Наверное, перспектива быть такими, как их предки, сыграла для Дианы и Ромы важную роль в выборе того, какими быть не нужно.

— Поэтому Дэн уезжает? — тихо спросила я.

— Не знаю, но не хотелось бы, чтобы это случилось из-за меня, — так же тихо ответила мне Ди.

Я нажала кнопку стеклоподъёмника, и в открытое окно машины влетел звук орущей толпы, люди огромной волной хлынули к трибунам. На старте заезда уже стояли две машины, одна из которых принадлежала Марку.

По громкоговорителю слышался голос Алекса, который возвещал о начале гонки и ставках. Сегодня я не упустила шанса и поставила небольшую сумму на своего парня, в надежде уехать отсюда немножко богаче.