В то время, как я еще пыталась прийти в себя от головокружительного оргазма, тяжело дыша и истекая влагой, я почувствовала, как Марк с громким рыком толкнулся в меня сзади, держа крепко за бёдра. И пока он с яростью вбивался в моё податливое тело, я молила лишь о том, чтобы это не заканчивалось.

Я чувствовала, как прохладная вода бьёт по спине и в сочетании с жарким сексом это составляло безумный водоворот желания. Желания остаться и запечатать этот момент в жестяную банку лично для себя.

Позже, много лет спустя, я буду вспоминать этот момент, как один из самых интимных в моей жизни.

Марк превратился в изголодавшегося зверя. Его темп набирал обороты, я не без удивления ощутила, как его зубы вонзились в мою спину. Это было не больно. Он, словно, пытался пометить свою самку таким примитивным способом. Его руки переместились на шею и, чуть сжимая, удерживали меня на ногах.

Темп становился крышесносным, и в тот момент, когда я думала, что упаду, меня пронзило такой волной удовольствия, что сдерживать дрожь всего тела не было возможности.

Я почувствовала, как Марк сделал последние несколько толчков, а потом замер, тихо застонав.

Я буду помнить, как его руки омывали моё тело, как бережно он промывал мои волосы, как его губы шептали приятные нежности мне на ушко.

Я буду помнить, как он развернул меня к себе лицом и опустившись на колени, доводя своим языком до еще одного сокрушительного оргазма.

Я буду помнить, как Марк выносил меня, совсем обессиленную и укутанную в мягкое полотенце из душа, и укладывал на кровать.

Я буду помнить, как искусно, словно скульптор лепил свой шедевр, массажировал моё тело, поливая его маслом и скользя по нему руками мастера.

И я буду, но уже плохо, помнить, как мы творили свои безумства всю ночь напролёт.

Я запечатала эти воспоминания в ту самую жестяную банку и отправила на верхнюю полку к аромату номер один.

Знаете такую степень беспокойства, когда ты без повода начинаешь мандражировать? Вроде и причин для нервотрёпки нет, никто не умер, не заболел неизлечимой болезнью, не потерял свою последнюю любовь на земле.

Наверное, я просто устала волноваться все эти две недели, отведенные нам для подготовки к реваншу.

Это был не просто заезд: в случае выигрыша Вэл получал право находиться на нашем треке без ограничений. И больше всего мы боялись, что ему всего лишь нужны новые точки по сбыту своей дряни. Это доставляло нам некоторое беспокойство.

Можно было бы просто прогнать его, и пусть поверженный семиглавый король уполз бы в свою мышиную нору, только вот, слово ему уже было дано. И нарушив его, мы оказались бы в невыгодном для себя свете. Кто захотел бы иметь дело с людьми, чье обещание не стоит выеденного яйца. На этот трек и место, в котором он проходил, у ребят были большие планы.

С такими мыслями я проснулась в тот злополучный день. Марк, Алекс и Дэн утверждали, что никто не собирается уступать победу Вэлу, и я доверяла им, но глупое сердце все же было не на месте.

Хотела бы я иметь такую супер-способность, которая поможет мне быстро-быстро промотать весь этот хаос, творившийся в моей голове, и перейти прямо к той части, где все дружно, держась за руки, уходят в закат, и нет посторонних проблем. Наивная, знаю.

Диана застала меня нервно расхаживающую по комнате.

— Привет, подруга, вижу, ты веселишься, — подколола меня и плюхнулась на мою кровать.

— Да уж, веселуха та еще, — улеглась рядом с Дианой.

— Может, чаю ромашкового заварить тебе? Успокоишь нервишки, — спросила меня Ди.

— Ромашковый чай успокаивает только в том случае, если плеснуть его кому-нибудь в лицо.

— И то верно, не будем рисковать.

— Когда едем? — спросила у Ди.

— Скоро, они поехали заправиться, думаю должны уже приехать, пойдем?

Мы дружно поднялись с кровати. На дворе был самый жаркий месяц в году, потому я убедилась, что дрожь по телу прошла от волнения.

Возле дома стояло две машины: черная BMW Марка и красная Camaro Алекса. Возле красной машины стоял Дэн, он облокотился на дверь, скрестив руки на груди, увидев нас, он оторвался от машины и распахнул заднюю дверь в приглашающем жесте. Я направлялась к черной машине, а значит, приглашал он точно не меня.

— Я поеду с вами, не против? — догнала меня Ди.

Дэн, казалось, был совсем не удивлен, мало того, он, совершенно не расстроившись, захлопнул дверь, обошел машину и сел на переднее пассажирское сидение.