Стараюсь не совершать резких движений, а следующие слова Фолки выбивают почву у меня из-под ног:

— Отходите к кораблю. Барьер вас пропустит.

— Но как же?..

— На корабль, я сказал, — голос у Фолки холоднее любой стужи, и мне становится страшно от одного только быстрого взгляда колдовских глаз.

Илва крепко сжимает руку Мерай, а девочка дрожит как осиновый лист, и вся ее уверенность медленно растворяется в накатывающих порывах холодного ветра.

Фолки бьет посохом резко, с усилием, поднимая в воздух облачко раскаленного песка, который закручивается вокруг его ног широкими золотистыми лентами, поднимается выше, оплетая пояс и скользя по охваченным пламенем рукам.

За спиной мага распахиваются полупрозрачные огненные крылья, они тянутся вправо и влево, превращаясь в сверкающий барьер, отгораживающий корабль и людей от клокочущего черного месива, медленно стекающего по дюнам.

Вспышка! Прямо перед защитной стеной раскрывается небольшой разрыв. Песок вокруг вспучивается, будто под ним никак не может успокоиться здоровенная туша неведомого зверя.

Я отступаю назад, все ближе к кораблю, мерцающему золотом еще одного барьера. Волоски на затылке становятся дыбом, а плотная броня не может спасти от накатившего всепоглощающего холода, от рвущегося из разрыва дыхания смертоносной зимней стужи.

Ноги просто врастают в песок, когда я вижу, кто именно выходит из темного проема. Выходит спокойно, точно эта земля — его вотчина и никто не может помешать взять все, что захочется, все, чего коснется крепкая рука.

Альгир становится перед барьером, возведенным Фолки, и взгляды мужчин сталкиваются в воздухе, высекая алые искры. Я почти уверена, что слышу звон, — будто два клинка бьются друг об друга в яростной схватке. Маг не отходит, держит спину прямо и ни на секунду не выпускает из рук дрожащий посох.

— Отступи, огнекровный, мне нужна только моя невеста.

От этих слов мир перед глазами плывет, как размытая водой акварель. Я так сильно сжимаю горло, что ногти впиваются в кожу и тугие капли крови медленно текут за воротник.

Он все это время знал, где я, — просто подбирал подходящий момент? Значит, моя семья уже… Или он просто держит ее в заложниках как последнюю меру, если я откажусь идти?

Альгир поворачивается медленно, так медленно и вальяжно, будто всем видом хочет показать, кто здесь хозяин положения. Серые грозовые глаза находят меня — и губы капитана растягиваются в слабой усмешке, но взгляд остается холодным, безучастным и темным.

— Нанна, — мужчина чуть кланяется, и этот жест вызывает во мне крупную неконтролируемую дрожь всепоглощающего ужаса. Каждый вздох дается с трудом, а пальцы мелко дрожат, хватаются за рукоять клинка — совершенно бесполезного и неспособного защитить меня от капитана. — Разве можно вот так просто сбегать от законного жениха? — улыбка Альгира становится шире. — Ваша матушка очень обеспокоена, Нанна. Она не ждала, что ее дочь будет вести себя подобным образом.

Он качает головой, как взрослый, что читает нотацию провинившемуся ребенку, а у меня внутренности внутри будто кипятком обдает.

Матушка…

Он был у нее? Он ее схватил? Убил?

— У вас есть шанс все исправить, дорогая, — Альгир делает шаг, всего один, но Фолки неуловимо смещается, преграждая ему дорогу. — Вы должны пойти со мной.

— Что ты сделал с моей семьей? — шиплю я сквозь стиснутые зубы.

— Предлагаю вам это выяснить самостоятельно.

Альгир протягивает мне руку, совершенно не обращая внимания на Фолки. Он не прикасается к барьеру и держится ровно на таком расстоянии, чтобы маг не смог достать его посохом.

— Она никуда не пойдет, — голосом Фолки можно замораживать целые моря. Им можно возводить ледяные стены между островами и отделять друг от друга целые города. Черные волосы поднимаются вверх, извиваются, как встревоженные змеи, и по защитной стене бегут разноцветные всполохи.

Чернота, топтавшаяся где-то за Альгиром, поднимается, превращаясь в одну колоссальную волну и обрушивается на щит с такой силой, что я слышу треск. От общей массы отделяется несколько черных комков, и в меня впиваются взгляды желтых глаз.

Я уже видела их раньше…

Кто-то хватает меня за руку и тянет назад, но я не могу вот так уйти!

А как же Фолки?

— Уходите к кораблю! — ревет он. — Уходите!

— Быстрее! — Мерай взлетает на палубу и несется к штурвалу. — Мы сможем подхватить его и убраться прочь!

— А как же волк? — лепечу я. — Виго?

— Поверь, мой отец так бы и сделал! — не терпящим возражений тоном отрезает девочка. — Мы не можем от них защититься, у нас нет подходящего оружия!

Корабль медленно поднимается и резко поворачивается, подчиняясь своему маленькому капитану, а Илва обматывает пояс веревкой и перемахивает через перила с такой легкостью, словно делает такие трюки каждый день. Упираясь ногами в бок корпуса, она протягивает руку, чтобы помочь Фолки забраться на палубу.